Помешательство Запада превращает Москву и Пекин в тормоз глобальных авантюр

Завершился визит в Китай главы МИД России Сергея Лаврова. Основная его цель, помимо сверки позиций в условиях растущей международной турбулентности, — подготовка визита в КНР президента России Владимира Путина. По последним данным, обсуждаются сроки его переговоров с председателем КНР Си Цзиньпином; говорят о неделе, начинающейся с 18 мая. Отметим при этом, что в силе, согласно подтверждениям из Вашингтона, остаются и сроки визита в Китай президента США Дональда Трампа – 14-15 мая. Существует ли вероятность пересечения лидеров Москвы и Вашингтона в китайской столице? По крайней мере, вопросы такие журналистами задаются. Правда, без ответов.

Есть, забегая вперёд, и ещё один фактор, который учитывается при обсуждении сроков российского визита, — ожидаемая в этом году уже вторая пролонгация российско-китайского Договора о добрососедстве, дружбе и сотрудничестве. Подписанный 16 июля 2001 года сроком на двадцать лет, он уже был продлён в 2021 году, о чём тогда сообщалось 28 июня в Совместном заявлении России и КНР, посвящённом этому историческому документу. Ясно, что визит российского лидера непосредственно связан с новым продлением договора и должен пройти в сроки, оставляющие время для процедурных действий сторон, которые обеспечивают его непрерывность.

Главу российского МИД, который провёл в Пекине продолжительные и содержательные переговоры с китайским коллегой Ван И – министром и одновременно руководителем Комиссии ЦК КПК по иностранным делам, то есть – советником по национальной безопасности, принял Си Цзиньпин. Итоги визита Лавров подробно осветил на пресс-конференции, содержание которой традиционно вышло далеко за рамки двусторонней повестки и охватило весь спектр современных международных отношений в их обостряющихся противоречиях. Отношения Москвы и Пекина и российской, и китайской стороной при этом рассматриваются важнейшим стабилизирующим фактором, который во многом сам по себе не даёт миру скатиться в пропасть неконтролируемой военной конфронтации. Квинтэссенцией общих позиций наших двух стран стали следующие заявления министров, сделанные как при ответах на вопросы журналистов, так и процессе переговоров.

Сергей Лавров:

Ван И:

Есть важный нюанс. Несмотря на то, что основное внимание приковано к Ближнему Востоку – войне в зоне Персидского залива, получившей короткую передышку, а также к Восточной Европе, где полыхает украинский конфликт, сложные процессы развиваются и в АТР. По оценке нашего министра, если европейские члены НАТО принялись создавать новый военный блок без США с участием киевского режима «на полях» Североатлантического альянса (об этом написала и Wall-Street Journal), то в АТР угрозы в значительной мере диверсифицированы. Лавров среди них назвал опасные, подстрекательские игры Запада, прежде всего США и их местных сателлитов – Японии, Южной Кореи, Филиппин, в определённой мере Австралии - вокруг Тайваня и Южно-Китайского моря (ЮКМ). Причём, эти угрожаемые направления тесно связаны и направлены против «асеаноцентричного» пространства, которое наши противники, действующие и против Китая, пытаются развалить, по словам министра, «создавая конструкции малой геометрии». Также Лавров отметил нагнетание напряжённости вокруг Корейского полуострова. И здесь следует подчеркнуть тесные союзнические отношения, которые связывают КНДР с Россией и Китаем. Не случайно, в мире всё чаще говорят о восточноазиатской российско-китайско-корейской «тройке», внутри которой взаимодействие и контакты наделены особым содержанием и геополитическим смыслом. Полтора месяца назад, в конце февраля, прошёл IX съезд правящей Трудовой партии Кореи (ТПК), подтвердивший основные установки как внутренней, так и внешней политики; в конце марта с визитом в Пхеньяне побывал белорусский лидер Александр Лукашенко, а Ван И, который сейчас вёл переговоры с нашим министром, посетил северокорейскую столицу буквально на днях, уже в апреле. И в эти же дни в Москву с визитом прибыл Прабово Субианте - президент важнейшего участника АСЕАН – Индонезии, крупнейшей по населению мусульманской страны, контролирующей коммуникации между двумя океанами - Индийским и Тихим.

Возвращаясь к теме АСЕАН, нужно отметить, что начало 2026 года подарило ещё один важный момент истины – политическую нормализацию в Мьянме, которая является ближайшим союзником Москвы и Пекина (в эти дни в нашей столице находится представительная делегация из этой страны, прибывшая транзитом из Китая). В стране прошли выборы, сформированы и приступили к работе полномочные органы власти. В АСЕАН вокруг этой темы существует раскол, усиленно подогреваемый по линии США, пытающихся скомпрометировать позитивные перемены, а также следующего в фарватере Вашингтона руководства ООН. Отмечается закономерность: чем теснее у той или иной страны отношения с Москвой и особенно с Пекином – тем более склонна она выступать за единство АСЕАН, а вот оппоненты, муссирующие тему территориальных противоречий с Китаем в ЮКМ, постоянно провоцируют затягивание давно назревшей региональной нормализации и в мьянманском вопросе.

По итогам российско-китайских переговоров в Пекине, как нам кажется, очень точно ухвачена важнейшая мысль, которую Лавров сформулировал на пресс-конференции. Раскол Запада между США и Европой с углублением между ними противоречий по широкому спектру международных проблем следует видеть. Однако, не нужно его переоценивать. При ближайшем рассмотрении эти противоречия там трансформируются во взаимно дополняющие и взаимно оправдывающие друг друга позиции. Вот как об этом сказал Лавров:

В подтверждение приведено откровение замглавы Пентагона Элбриджа Колби, который на сенатских слушаниях заявил, что Трамп, склоняя Москву и Киев к компромиссу:

Соответствующую оценку от Лаврова получили и обещания Вашингтоном гарантий безопасности Киеву после остановки военных действий, а также европейские планы введения на Украину так называемых «стабилизационных сил». По сути, добавим уже от себя, — это не что иное, как явочное принятие Киева в НАТО или тот самый европейский «паллиатив» блока, о котором говорил наш министр.

В эту же модель во многом «фейкового» противостояния на Западе укладывается и мотивация агрессии США и сионистского израильского режима против Ирана, которая, по словам Лаврова, основана на двух факторах. Во-первых, на экзистенциальной убеждённости еврейских лидеров в необходимости «уничтожения» Ирана, а во-вторых, на нефтяных амбициях Трампа, мечтающего прибрать к рукам иранскую нефть вслед за венсуэльской. (В качестве иллюстрации: именно в эти дни США «обновили» с Каракасом соглашение, расширив долю американских нефтяных компаний в «совместном бизнесе» с местной государственной компанией). Добавим, что Трамп разделяет и человеконенавистническую по отношению к Ирану позицию военного преступника Нетаньяху, которого турецкий лидер Реджеп Тайип Эрдоган только что в газетном интервью назвал «современным Гитлером»; как иначе можно расценить закушенные удила с угрозами «уничтожения целой иранской цивилизации»? Кто живёт в стеклянном доме – не должен бросаться камнями. Но если он всё-таки бросается, то самое время проверить его IQ, в «низком» уровне которого сам Трамп постоянно обвиняет бывших соратников по MAGA, которые отказали ему в доверии потому, что приходят в ужас от его действий.

Весьма интересным и показательным может считаться и следующее якобы «совпадение». Под конец визита Лаврова Вашингтон внезапно отменил введённую им внешнюю блокаду Ормузского пролива на том основании, что Китай «согласился не отправлять оружие в Иран». Отметим ряд моментов. Во-первых, введение блокады «случайно» совпало с началом визита Лаврова; на наш взгляд, это явная попытка Вашингтона «уронить» внешнеполитические акции Пекина в глазах Москвы, спровоцировав между нами «непонятки». Во-вторых, США сопроводили это перехватом двух танкеров, скорее всего с нефтью, отправленной в Китай (возможно также, что в Индию) из иранского порта Чабахар, расположенного значительно восточнее Ормуза, в Оманском заливе, на выходе в океан. И вот тут наступило «в-третьих». Какие аргументы по закрытым каналам в адрес Вашингтона привёл Пекин, что Трамп мигом трансформировался в «белого и пушистого» автора абсолютно не свойственных ему «жестов доброй воли», мы с вами можем только догадываться. Но аргументы, без сомнения, были, и они оказались очень впечатляющими, если развернули американскую политику ровно на 180 градусов хотя бы в моменте. Ибо, что взбредёт в голову «великому комбинатору» из Белого дома уже завтра, не знает никто.

Что в «сухом остатке»? Приложите воображение, читатель, и представьте себе, что происходило бы, не будь сейчас в мире оплота здравого смысла и глобальной ответственности, которую представляет собой российско-китайское стратегическое партнёрство, служащее осью целого ряда тесно связанных евразийских структур. С надеждами, которые возлагаются человечеством на «большую» евразийскую интеграцию, как раз и связаны перспективы преодоления мирового кризиса. Ждём визита Владимира Путина в Пекин.