«Мир по Трампу» имеет не только ограничения, но и срок годности

«Мирный» план Трампа проходит тест на жизнеспособность в условиях реального противостояния, не только политического, но и на поле боя. Прямо скажем, встреча в Давосе с «просроченным» наркофюрером, которого он вызвал «на ковёр», результатов Трампу не принесла. Вызвать-то вызвал, но сломать так и не смог, так как у Зеленского ребром стоит вопрос о власти. Сохранить её он надеется с помощью «форс-мажорных» выборов в условиях военного положения, под которые верстается закон, позволяющий провести их «онлайн», то есть с гарантированно подогнанным результатом. Говорят, Банковая сделала заброс в свой ЦИК на голосование в перспективе трёх месяцев, но получила отказ – минимум шесть. Вот на этот срок Киеву нужна война, иначе сплошной «онлайновый» фальсификат не пройдёт, придётся всё организовывать по-настоящему – участки, комиссии, списки, наблюдатели и т.п. Но самое главное: потеряет актуальность референдум, на который Зеленский собирается списать решение по Донбассу. Вместо него наметятся выборы в Раду, которые активизируют соперников, у которых если президентское и парламентское голосование будут разведены, нет шансов; речь прежде всего о Порошенко* (признан экстремистом и террористом в РФ) и Тимошенко, а также о Залужном, который вполне способен сколотить «военный» блок и вёл соответствующие коалиционные переговоры.

Эксперты не питают иллюзий и связывают согласие ОП с Трампом только лишь с внезапной гибелью Зеленского, обвалом фронта ВСУ или полным блэкаутом, к которому прошедшей ночью Украина была ближе некуда, счёт идёт ещё лишь на несколько суток. Мы бы, правда, уточнили, что гибель бывает разной. Кроме физической, существует ещё и политическая – военный переворот, например, или бегство под его угрозой. Ещё может случиться полная дискредитация, если ФБР даст команду НАБУ выложить в общественный доступ компромат на Зеленского с супругой, Ермака и кое-кого ещё из приближенных. Говорят, Уиткофф во время последней встречи с «просрочкой» предупреждал, что если к весне мирный трек Трампа не будет реализован, то такая команда найдёт своих ревностных адресатов.

Пока Киев стоит на своём и отказывается от российского требования, подкреплённого Трампом, о безоговорочном выходе из Донбасса в одностороннем порядке. Спекуляции крутятся вокруг остановки по ЛБС, по всей её протяжённости, или по обмену Донбасса на контролируемые нами районы Харьковской, Сумской, Днепропетровской и Николаевской областей. Третий участник двухдневной встречи в Абу-Даби – делегация США – вообще предлагает «демилитаризованную зону», которая, если верить главе МИД Турции Фидану, не устраивает Москву отсутствием гарантий контроля. Понятно, что эта позиция шансов не имеет, но умело используется Киевом для затягивания переговоров. Украинская делегация уныло талдычит, что выход из Донбасса возможен не ранее весны, имея в уме перспективу окончания морозов и исчерпание угрозы блэкаута. Пока же Киев замахивается, как максимум, на воздушное перемирие, а как минимум, на энергетическое. Ибо по оценкам специалистов, которые прозвучали в Давосе, потеряно до 70% генерации, многое в энергетике восстановить попросту невозможно, придётся строить заново.

Россия Киев убеждает ударами по ТЭЦ, распределительным подстанциям и «заглублённым» центрам принятия решений, ради которых помимо дальнобойной версии «Искандеров», мы этой ночью расчехлили гиперзвуковые «Цирконы». Демонстрацией нашей готовности к миру, а также того, что в этом компоненте украинского кризиса именно Зеленский, а не мы, остаётся крайним милитаристом в глазах Трампа, служит «военный» состав российской делегации в Абу-Даби. Военные ситуацию на ЛБС знают досконально, поэтому их присутствие указывает на то, что именно этот, а не политический круг вопросов обсуждается на переговорах. Заодно следует отметить выделение в переговорном процессе тематических рабочих групп. Переговоры явно переходят в практическую стадию; об этом также говорит и вывод вызывающих вопросы либералов (не будем указывать пальцем) за рамки темы обсуждения войны и мира, в близкую их «гарвардскому» духу (и сердцу) «двустороннюю» экономику. На данном этапе начальной стадии переговорного процесса (по оценке Дмитрия Пескова), в актив себе Россия может записать смещение американских приоритетов с перемирия на мир, которое не позволяет Киеву и его европейским хозяевам на этом спекулировать. «Дух Анкориджа», о котором мы не забываем регулярно напоминать, в глазах Трампа снимает в этой теме все вопросы.

Теперь главное: чего следует ждать, и к чему готовиться?

Первое. Следует с иронией, но и с пониманием относиться к «бенефису» Трампа в Давосе, на территории своих исторических врагов, где ещё год назад солировал Шваб с его «великой перезагрузкой», а сегодня гость из Вашингтона с видом хозяина оттаптывается там на памяти его траченных молью амбиций. С особой изощрённостью и цинизмом забивает гвоздь в крышку, презентуя Совет мира в пику провалившемуся «саммиту демократий» провалившегося «сонного Джо».

Второе. Бросается, однако, в глаза, что Трамп очень спешит, и понятно, почему. Это показало американское фиаско с Гренландией, которое обе стороны, не сговариваясь (правда?) сделали фигурой умолчания. Даже в новой оборонной доктрине США полярный остров фигурирует как территория, куда американские военные получат доступ, а не своя суверенная. Впереди промежуточные выборы. С одной стороны, поражение республиканцев, в рядах которых не существует единства даже на уровне Сената, превращает Трампа в «хромую утку». С другой, украинский вопрос. Он не столько сам может повлиять на исход выборов, сколько этот самый исход поставит пределы вмешательству США на Украине. Кроме того, Украина для Трампа – частный вопрос. Белый дом после долгих колебаний рискнул и поднял ставки, обнаружив своим Советом мира многоходовку на глобальном уровне, которую ещё нужно грамотно выстроить и провести. Трампу в этом нужна помощь. Поэтому, с одной стороны, характеризуя этот совет «претензией» на лидерство за счёт ООН, против которой он выстраивается, с другой, мы отдадим должное тонкости реакции российского лидера Владимира Путина. Стратегически Совет мира нам не только без надобности, но и мешает; но тактически – отчего бы не поддержать Трампа в ситуации, когда он бодается с Европой и Зеленским. От нас-то точно не убудет: войти и выйти можно, как говорится, круглосуточно, как при Трампе, так и, если что, без него.

Однако есть и третий аспект, который требует максимальной осторожности, чтобы не столкнуться потом с неожиданностью. Существует понимание, что мир «по Трампу» - компромисс, который может быть не самим Трампом, и даже не его союзниками на Западе, но противниками точно будет воспринят слабостью. Западная политическая культура не признаёт распределённой выгоды, только игру с нулевой суммой: если не я тебя, то ты – меня. Что нам в связи с этим следует иметь в виду? Во-первых, если за пределами фактических границ, пусть и непризнанных, останутся наши областные центры, то всё последующее «мирное сосуществование» превращается в перманентную подготовку к новой войне: не нашу - так против нас. Предполагаемая разрешённая численность ВСУ в 800 тыс. создаёт для этого безусловные предпосылки. Во-вторых, если Украину не отрезать от побережья, то сохраняется логистика военных поставок, причём, без угроз с нашей стороны. Частью этой проблемы служит приднестровский вопрос, особенно актуальный в условиях проявившегося «как по заказу» очередного приступа молдавской официальной русофобии. В-третьих, появляются бреши в договорной с Трампом концепции демилитаризации киевского режима. Понятно, что мы не поставим своей подписи под разрешением силам ЕС войти на Украину. А подпишем, как неоднократно заявляли, только документ, где это будет категорически запрещено. Но разве мы не знаем, как на Западе относятся к своим обязательствам? «Если правила не устраивают джентльменов – джентльмены меняют правила», всего и «делов-то». Мы должны чётко понимать, что и как мы будет делать, если эти войска под тем или иным предлогом там всё-таки появятся. И при этом не забывать о других ТВД – Балтике и Закавказье. На них, кстати, угрозы могут быть как прямые, так и опосредованные: никто, например, пока так и не исключил удара США и Израиля по Ирану, хотя многие преждевременно расслабились. А Тегеран – важнейший форпост контура евразийской системы безопасности в регионе, от которого эта безопасность зависит в первую очередь.

Сильно «восхищают» некоторые надежды на «диалог» с ЕС, который, даже если до Москвы доберётся финский президент Стубб, или Макрон сподобится-таки позвать Путина в Париж на (не)большую «семёрку», то это разве что разозлит Трампа. Подходим к главному: следует осмыслить, осознать и проникнуться убеждением, что мир «по Трампу», выражаясь языком политического гения Николо Макиавелли, — это приглашение на свою территорию чужого «государя». Он придёт. Только вот потом обратно его не выпрешь. Это одно. И другое: как «стабилизирующий» фактор, Трамп имеет весьма ограниченный «срок годности». В случае победы республиканцев в ноябре – до 2028 года, а при поражении и утрате парламентского большинства, особенно в обеих палатах Конгресса, цена его посредничеству превращается в «ноль без палочки» уже ближайшим ноябрём, до которого – всего одно лето. Европейцы открыто обсуждают с Киевом перспективу «пересидеть» Трампа, дождавшись его ухода, чтобы после него всё было «как при дедушке» Байдене.

Игра на противоречиях Америки и Европы – вещь занимательная и перспективная, но лишь до поры и до времени. Поэтому не отнимет у нас никто только того, что мы сами добыли себе на поле боя, отвоевали и адаптировали. Политическое закрепление итогов выигранной войны, при всём уважении к отечественной дипломатии, никогда не было нашей сильной стороной. Если мы всё-таки рассчитываем на мир при американском посредничестве, то до тех пор, пока у Трампа лопнет терпение, и он примется «нагибать» Зеленского по-взрослому, нам многое нужно успеть в плане сокращения пропорций в пользу ВСУ в территориальном обменном фонде. Чем ближе мы подходим (а лучше занимаем) территории, по фактической принадлежности которых существуют расхождения с Конституцией, — тем меньше пространства для спекуляций останется у Зеленского. Затягивать «в ожидании мира» не стоит ещё и потому, что за судьбу киевской «просрочки» ни один уважающий себя сотрудник ЦРУ или MI-6 не даст ломаного гроша в базарный день. Щёлкнут пальцем – и всё поменяется.

Ну и, наконец, самое главное. Предполагаемый рубеж мира, как его ни проводи, — это потенциальная диспозиция Запада в новом вторжении. Или в новой «Барбароссе». Чем дальше от наших границ он пройдёт – тем меньше вероятность такого вторжения, и тем больше шансов на успех в его отражении, если оно всё же случится.