Можно ли победить «дедовщину» в армии: мнения

В Свердловской области выясняют обстоятельства загадочной гибели 20-летнего солдата-срочника Руслана Айдерханова. Блогосфера бурно обсуждает очередную трагедию и большинство склоняется к версии, что причиной смерти солдата стала «дедовщина».
26 сентября 2011  10:31 Отправить по email
Печать

В Свердловской области выясняют обстоятельства загадочной гибели 20-летнего солдата-срочника Руслана Айдерханова. Тело в цинковом гробу отправили родным в деревню Арасланово в той же Свердловской области. Родные хотели похоронить солдата по мусульманским обычаям и вскрыли гроб, чтобы обмыть тело и завернуть его в белый саван. Увиденное повергло их в шок: тело сына было обезображено.

Мухаматдин Сахаутдинов, депутат Собрания депутатов Нязепетровского района, житель деревни Арасланово, в интервью агентству «Доступ»: «Мы открыли цинковый гроб, в нём оказался деревянный ящик. Открыли его и, увидев погибшего Руслана, ужаснулись. Это не могло быть самоубийством. Лицо всё избитое, в синяках, зубов нет. Когда стали омывать парня, обнаружили ножевое ранение груди справа. На ногах большие раны, голова вся будто во вмятинах, а не круглая, как у обычного человека. Мы сделали фотографии, на них смотреть страшно».

Блогосфера бурно обсуждает очередную трагедию и большинство склоняется к версии, что причиной смерти солдата стала «дедовщина». По определению Википедии «дедовщина» — это традиционно сложившаяся в Вооружённых Силах, никак не регулируемая нормативно-правовыми актами иерархическая система взаимоотношений между военнослужащими низшего армейского звена (солдатами, ефрейторами, сержантами), основанная на их ранжировании, «сортировке» по признаку величины фактически выслуженного срока службы каждого конкретного индивида и связанной с этим дискриминацией, одна из разновидностей неуставных взаимоотношений.

Эксперты прокомментировали корреспонденту ИА REX проблему «дедовщины».

ИА REX: Пока существует срочная служба — в армии постоянно будет «дедовщина» или это уродливое явление можно победить? Преодолима ли она с переходом на контрактную службу? А может её в состоянии укротить «демократический» министр обороны? Как с дедовщиной справляются в армиях разных стран?

Доктор социологических наук, профессор Эдуард Афонин:

В этой связи вспоминается защита украинским социологом Пронозой его кандидатской диссертации в Институте социологии НАН Украины. Ключевая идея работы состояла в том, что дедовщина неотъемлемый атрибут армии как закрытого учреждения. В целом эта идея созвучна результатам исследований американского социолога Ирвинга Гоффмана, опубликованных им в книге «Приюты» (1961). В ней он подробно проанализировал особенности социальной организации закрытых учреждений («тотальных организаций»): тюрем, психиатрических больниц, лепрозориев, армейских частей, монастырей, приютов для детей и престарелых и т.п. Дедовщина есть и в американской армии. Цементирующей фигурой там выступает американский сержант. Автор указанной диссертации, исходя из того, что явление дедовщины неискоренимо, попробовал «перевести его на мирные рельсы», т.е. извлечь из него позитив, состоящий в богатейшем культурном потенциале феномена. Жаль, что у нас не оказалось своего «Ирвинга Гоффмана», охватившего своими исследованиями достаточно объёмный поведенческий комплекс людей в системе организаций закрытого типа. Хотя, если напрячься, то можно вспомнить давний научный интерес к девиантному поведению заключённых со стороны доктора психологических наук Татенко Виталия Александровича. Неплохо проконсультироваться в этом отношении у Семена Глузмана, профессионально и по жизни увлечённого проблематикой психлечебниц. Полагаю, вполне корректно было бы отнести к рассматриваемой проблематике работы Макаренко, разработавшего целостную систему педагогического воздействия в детских трудовых колониях, во многом определившую основы советской педагогики. Закономерной в этой связи, я бы назвал, инициативы Семена Глузмана, обратившего внимание на огромный творческий потенциал лиц с психическими расстройствами. Мог бы назвать немало примеров незаурядного творчества, проявлявшегося заключёнными, детдомовцами, интернатовцами и другими категориями выходцев закрытых организаций.

В этой связи я считаю довольно продуктивными диссертационные идеи Пронозы, рассмотревшего армейскую дедовщину с точки зрения её социокультурной компоненты (субкультуры), что позволило предложить конкретные шаги по локализации её негативного потенциала, легализации и культивации её культурных возможностей. Житель Керчи, капитан Проноза предлагал «канализировать» эту самую «дедовщину» в армейское творчество. Обладая огромным творческим потенциалом армейская «дедовщина» вполне могла бы стать мощнейшим источником армейского творчества. Работа весьма интересна своим приложением — бережно и достаточно широко раскрытым в нем содержательным планом субкультуры дедовщины (язык — словарь дедовщины, поэзия, фотодокументалистика, прикладное искусство и многое др.). Конечно, мы говорим об универсальном (общечеловеческом) характере девиаций типа «дедовщины». В общем же, они имеют свою специфику для каждой национальной культуры.

Журналист Игорь Богатырёв:

Дедовщина была, есть и будет везде и всегда. Другой вопрос, — в чём она будет выражаться, и в каких масштабах. Служившие при СССР тоже поминают дедовщину, не отрицают её, но считают её — да — делом практически нормальным и даже в чём-то полезным. И, что самое главное, — не сохраняют о ней каких-то плохих, трагичных воспоминаний. Так что можно сделать вывод о её формах и масштабах тогда, и — сравнить с сегодняшними, поистине мерзкими и всеобъемлющими. Причин дедовщины, её роста на территории СССР и России, по моему мнению, две. Первая — «советская». После Великой Отечественной Войны был заброшен институт младших командиров, «унтер-офицеров», связующего звена между офицерами и солдатами. В результате эта прослойка стала заполняться хаотично, — не теми, кто заслуживал бы это, а — теми, кто успел, сумел, выбил право закрепиться в этой нише. Вторая — «российская». В нынешний период всеобщей продажности, «откосить» от армии любыми возможными способами крайне несложно. В результате мы получаем пополнение её рядов исключительно за счёт бедноты, балбесов, да представителей сельских и, скажем так, «горных» регионов. Плюс — следующее из этого снижение планки по призыву в армию по здоровью (в том числе и психическому), и по проблемам с законом. В результате получаем «армию», едва ли не большей частью составленной из, извините, сброда. Накладываем одну причину на вторую — и получаем то, что имеем сейчас. Ликвидировать дедовщину полностью — невозможно. Снизить её, ввести в рамки, исходя из сказанного, можно, ликвидировав причины. То есть — возродив институт унтер-офицеров (возможно, и из числа контрактников, а точнее «сверхсрочников»), и — подняв планку требований при призыве в армию, одновременно ликвидировав максимум отсрочек. С тем, чтобы более-менее приличной публики в армию попадало больше, а всевозможного сброда — меньше.

Блогер Александр Русаков:

Что касается дедовщины, она была, есть и будет ещё долгое время. Есть аналитики, учёные, им и карты в руки. Пусть подают предложения МО России, как подавить дедовщину в армии. Она была и в СССР и осталась в современной российской армии и в других армиях мира. Дедовщина она во всех армиях мира присутствует. Но у всех по-разному. Я проводил опрос в социальной сети Гайдпарк надо ли в российской армии вводить военную полицию. 58% респондентов поддержали идею — военную полицию обязательно надо вводить в российскую армию: 34% опрошенных относятся к этому отрицательно — от введения военной полиции ничего не изменится: 5% затрудняются ответить и 4% предложили свой вариант. Это как если на гражданке есть полиция, так и в армии была бы военная полиция. Это радикально ударит по дедовщине, и она уменьшится. Что касается контрактной армии, там тоже есть дедовщина, и такие случаи были описаны в некоторых статьях.

Какой выход? Все от командира взвода до командира части должны пресекать этот беспредел. И младшие командиры — сержантский состав тоже, плюс контроль военной полиции. Как она будет организована пока неясно. Думаю при каждой в/ч должно быть подразделение военной полиции. И подчинятся они должны не командиру этой части. Сейчас вопрос о военной полиции обсуждается. По мнению главного редактора журнала «Национальная оборона», член президиума Общественного совета при министерстве обороны РФ Игоря Коротченко «цель мероприятия по созданию в системе Вооруженных сил РФ военной полиции — сделать любой факт неуставных взаимоотношений чрезвычайным происшествием. В целом, правопорядок будет обеспечиваться достаточно жёстко там, где его необходимо обеспечить. В том числе, когда мы сталкиваемся с фактами, когда носителями идеологии неуставных взаимоотношений выступают отдельные призывники из республик Северного Кавказа. Здесь, конечно, зачастую той власти, которой располагают командиры и начальники всех степеней, недостаточно. Значит, военная полиция будет наводить соответствующий порядок». Чем быстрей она заработает в войсках, тем быстрее там будет наведен порядок.

Публицист и издатель (Нью-Йорк, США) Михаэль Дорфман:

Явление дедовщины — это российское явление, глубоко укоренённое в российской жизни, в психологии страны. Факт, что когда русскоязычные стали составлять заметные землячества в израильской армии, то они стали вводить дедовщину и там. Причём речь идет не о ветеранах советской или российской армий, а часто о тех, кто приехал в Израиль подростками. Насколько я знаю, что-то подобное. В американской армии существуют довольно жёстокие и садистские методы солдатской учебы, но это всё ограничивается boot camp учебкой. В израильской армии я тоже искренне считал своего сержанта садистом и маньяком, но оценил его выучку в условиях боя. Однако всё это формализировано ещё со времён старой прусской армии, где добивались, чтобы старшину боялись больше, чем противника.

Дедовщина отличается от всего этого тем, что это неформальное явление. Насколько я знаю, что-то похожее на дедовщину существовало и даже поощрялось в императорской японской армии. Почему с ней мирятся? Во многом дедовщина помогает коррупции, царящей в российской армии, во многом помогает поддерживать видимость дисциплины в условиях, когда офицеры отделены от солдатских казарм. Справиться с дедовщиной, наверное, можно, если создать специальную армейскую службу, задачей которой будет искоренение дедовщины. Люди в погонах с социологическим образованием и соответствующей подготовкой должны находиться с солдатами, слушать, смотреть и иметь полномочия действовать. В то же время — это не должна быть карательная, полицейская служба, а именно социальные работники, поскольку проблема социальная Насколько это реально в современной российской армии — не знаю.

Журналист и переводчик (Израиль) Даниэль Штайсслингер:

Ни простого, ни сложного решения для дедовщины нет, ибо это — проявление инстинктов приматов, к числу которых принадлежит человек. Приматы склонны организовывать иерархические структуры, в отличие от, скажем, кошек, которые не стадные и не стайные животные. Армию роднит с зоной то, что оттуда нельзя уйти по собственному желанию, поэтому искоренить альфа-омега игры невозможно.

Можно ввести некоторые рамки для иерархических игр: скажем, старослужащие будут официально освобождены от хозработ, получат некоторые дополнительные льготы (это пряник), с другой стороны — за издевательства над другими военнослужащими минимальный срок наказания — 5 лет каторжных работ (это кнут). Пусть деды ограничиваются теми привилегиями, которые им дадут сверху. И не наказывать командование части за выявление случаев издевательств, не снижать таким частям показатели. Иначе будут «заметать под ковёр», ибо своя рубашка ближе к телу.

Журналист Андрей Давыдов:

Дедовщина процветает там, где командиры заняты преимущественно своими делами, а не службой. И чем больше страна погружалась в «идеологию» бизнеса и успешного индивидуализма, тем меньше у командиров оставалось интереса к службе, не говоря уж о таком девальвированном понятии, как долг. А чтобы функционирование части хоть как-то поддерживалось само по себе, очень удобно признать дедовщину полезной.

Естественно, когда всё идёт на самотёк, воспитание молодых иногда попросту срывается с цепи. К тому же — развлечение для изнывающих от безделья старослужащих, если у командиров вообще не доходят руки их чем-нибудь занять. Многое зависит от контингента призыва. Всё может идти относительно нормально, пока среди старослужащих не заведутся люди с особой склонностью к жестокости, а то и успевшие пройти школу криминала. И тогда вирус поражает воинскую часть надолго, ибо жестокость порождает жестокость: молодые учатся, как именно надо «стариковать» — раз они через это прошли, то и остальные должны получить то же самое. Поэтому такие больные подразделения можно вылечить, только расформировав.

Сейчас большие надежды возлагают на институт сержантов-контрактников. Это может помочь. Хотя, если офицер по старинке будет опираться на «дедов», то и сержанту придётся встраиваться в систему...

У старой офицерской школы было «золотое правило»: солдаты всегда должны быть при деле, тогда и времени на глупости не останется. Поэтому процветание дедовщины наводит на еще одну нехорошую мысль — боевая подготовка у нас, мягко говоря, хромает. Когда в армии на одного боевого генерала приходится сто, а то и все двести «паркетных», то и контроль соответствующий. Для таких «полководцев» главное, чтобы всё блестело с фасада, а там хоть трава не расти!

А вообще, армия — это отражение общества. В 90-е слово «патриот» было вообще уничижительным, да и нынче многие всё ещё стыдятся признаться в патриотизме, из которого шубу-то не сошьёшь. Другие кричат о том, что типа любят свою страну, но жуликов и воров защищать не будут. О какой дисциплине в армии можно говорить при таком состоянии умов?!

Так я больше скажу: удивительно ещё, что при всеобщей деградации вопиющие случаи издевательств, а то и убийств на воинской службе всё-таки относительно редки. И даже такая армия у нас пока ещё в состоянии побеждать — не столько силой оружия и организации, сколько силой духа.

Это говорит о том, что такой суррогат поддержания порядка, как дедовщина, всё-таки как-то выполняет и положительную функцию. И пока старослужащие учат молодых не только плохому, у нас есть надежда, что и общество наше способно к выздоровлению...

Политконструктор Юрий Юрьев:

Дедовщина была, есть и будет всегда, и в жизни и в армии. Как «наставничество». Когда отец учит сына или старший брат учит младшего — это тоже «дедовщина», включая наказания при необходимости. Военная дедовщина была всегда, свежепоступивший «паж», или «отрок» или «новик» всегда был обучаем ратному делу по мере возрастания навыков от примитивных к мастерским. А чтобы воспитать силу и выносливость — неумелый работал много, до изнеможения, до боли. За болью следовало развитие нервов, за развитием нервов шло развитие кровеносной системы, а уже за кровеносной системой нарастали мышцы атлетов. Такова мировая практика спорта, такова она и в армии. Но армия это мастерство убивать, поэтому отношения заведомо иные, чем в семье и школе, они просто ближе к смерти. Слабые отсеиваются, сильные остаются. Силой считается способность выполнить приказ, а не ныть или чудить. И пока опытные солдаты служат — неопытные солдаты учатся и вырабатывают силу исполнителей, потом силу бойцов, будучи допущенными к службе, потом — силу командиров, будучи допущены к управлению.

«Дедовщина» вызывает неприятие своей кажущейся бесчеловечностью и безжалостностью. Но боец — сам по себе оружие, и он должен разить именно там, где нужно, а не там где он бы захотел, и он должен разить безотказно и точно. Допустим, старослужащие лишатся права наставничества. Тогда наступит диктат сержантов и закона. Тогда неумелый капризный юнец будет не получать «по фанере», а пойдёт в тюрьму за неисполнение приказа. И армия сорвёт сроки подготовки бойцов. Общество лишится бойцов и будет содержать зэков. Или же будет платить наёмникам-профессионалам, которые будут чисто наёмными хоть для врага, а не совладельцами имущества своих семей и земель, а значит — Родины. Ещё Макиавелли доказал, что наёмники уступают призывникам и в количестве и в мотивации, так что всегда будет призывная армия и всегда новички будут делать неквалифицированную работу, а опытные бойцы — нести службу. В Европе тоже традиционна вековая дедовщина. Уставы ремесленных гильдий прямо предусматривали статусы «мастер и подмастерье», где подмастерье был подсобным рабочим. Для борьбы с негативом дедовщины — её нужно узаконить и прописать в законе что есть негатив и что есть позитив.

Напомним, что следователи Военно-следственного управления Минобороны РФ считают, что погибший рядовой войсковой части 55062 в селе Елань Свердловской области Руслан Айдерханов потерял глаз, сломал обе ноги и получил ножевое ранение груди уже после того, как повесился на дереве.

Главное военное следственное управление (ГВСУ) СК РФ возбудило уголовное дело по статье 110 УК РФ — «Доведение до самоубийства», но родственники погибшего заявляют, что заключение о самоубийстве фальсифицировано. По их словам, видимые повреждения тела Руслана скорее свидетельствуют о том, что его убили. Они требуют остановить осенний призыв в армию до тех пор, пока не будут выяснены причины смерти солдата. Между тем, тело солдата-срочника не будет эксгумироваться для проведения дополнительных медицинских экспертиз, заявил агентству источник в правоохранительных органах. Начальник пресс-службы Центрального военного округа полковник Ярослав Рощупкин в свою очередь сообщил, что версия об издевательствах сослуживцев над Русланом Айдерхановым не находит подтверждения.

Подписывайтесь на наш канал в Telegram или в LiveJournal.
Будьте всегда в курсе главных событий дня.

Комментарии читателей (0):

К этому материалу нет комментариев. Оставьте комментарий первым!
Подписывайтесь на ИА REX
Считаете ли Вы Лукашенко союзником России?
57.5% Нет.
Считаете ли вы Российское государство агрессором в отношении личности или её защитником?
Войти в учетную запись
Войти через соцсеть