18+
Какой вариант политической реформы в России выберет Владимир Путин?
Евгений Федоров: политик, радеющий за страну, или оборотень в стенах Госдумы?
Китайский вопрос в мировых геополитических раскладах
В Высшей Школе Экономики «им.Абвера» давно назрели реформы по лекалам НКВД
Санкции США означают конец компрадорского капитализма в России

Росcия после выборов 2018: есть ли свет в конце тоннеля?

Государство и общество могут вынести лишь такой темп изменений, к которому они успеют адаптироваться. Любое желание подстегнуть процесс перемен обернётся лишь катастрофой
Александр Халдей
19 января 2018  12:05 Отправить по email
Напечатать

16 января на сайте ИА REX вышла статья автора Евгения Реутова, где автором высказаны любопытные оценки касательно неотложных перспектив политической трансформации России в сложившихся геополитических условиях. Анализ произведён на основе известного доклада Е.Минченко «Политбюро 2.0, реновация вместо демонтажа».

Статья интересна тем, что обладает репрезентативностью и выражает позицию огромного числа избирателей, искренне радеющих об Отечестве. Но как обычно, вся соль именно в деталях. Несомненно, верные констатации порождают различные трактовки перспективы. Это совершенно нормально, так же, как и дискуссия по поводу этих трактовок. Именно в трактовках выражены главные базовые установки авторов, и их сопоставление делает увлекательным сам процесс дискуссии.

Евгений Реутов в резюмирующей части статьи несколько пессимистичен, и по поводу этого пессимизма необходимо поговорить особо, потому что трактовка контекста влечёт за собой различный политический курс, требуемый аналитическим сообществом от властной элиты. Ошибка в акцентах может очень дорого обойтись стране в эпоху глобальной турбулентности.

Поэтому предлагаю читателям рассмотреть выводы уважаемого автора несколько под иным углом зрения, чем это сделал сам автор.

«1. Политическая, административная и силовая власть в РФ сконцентрирована в руках очень небольшой группы людей, связанных друг с другом участием в сложной административно-деловой эксплуатации рентного ресурса».

Это констатирующая часть, и тут нет оценок, потому нет и возражений. Власть всегда и повсюду – удел немногих. Толпой не властвуют.

«2. Эта группа не допускает и всячески препятствует появлению любых других центров влияния как политического, так и силового, финансового и пр. Это проявляется в отказе от диверсификации экономики (как возможного появления нового центра влияния) и полной зачистки политического поля от какой либо конкуренции. Вся наличная оппозиция является исключительно системной, встроенной в существующую властную структуру и ее роль заключается в недопущении реальной конкуренции в политическое поле».

Это также констатация. Но в ней уже содержится негативная трактовка и оценочная позиция, не выраженная прямым текстом. Сложившееся в эпоху перестроечных либеральных воздействий на массовое сознание убеждение, что конкуренция – это хорошо, а её отсутствие – это плохо, в сознании читателя автоматически создаёт отрицательное отношение действиям правящей группы по сопротивлению политической конкуренции и подавлению тенденций возникновения иных центров политического влияния. Тех, что не подконтрольны Центру. Эта позиция уже стала парадигмой, основанной на совокупности усвоенных более ранних либеральных текстов ценностной матрицей. Парадокс лишь в том, что ею пользуются оппоненты либеральной ценностной системы для критики либерализма.

Но наличие неподконтрольных внутреннему центру оппозиционных групп всегда означает подчинение этих групп центру внешнему. С учётом этого фактора наличие контроля внутреннего центра за оппозицией не может считаться негативным фактором, а напротив, приобретает позитивную окраску. Например, Навальный уже сейчас заявляет о нелегитимности грядущих выборов президента России. Это прямой подрыв российской государственности в интересах США.

Неужели лучше, если таких центров в России будет несколько, и они  будут раздирать страну на воюющие непримиримые общественные сегменты? Это действительно будет конкуренцией на благо? Общество будет крепче? А если количество не перейдёт в качество и все они окажутся негодными? Как тогда? Возникает вопрос – а не чьё благо такая конкуренция? Предчувствие гражданской войны, как пелось в одной песне рок-кумира 90-х, – этот императив уже выветрился из нашего оборонного сознания?

Далее автор даёт положительную характеристику Павлу Грудинину и его программе. Это вполне нормально в демократическом обществе – иметь своё мнение о каждом кандидате. В этой статье не будет споров по вопросу содержания программы Грудинина и его качеств – этого довольно и в других статьях. Признавая нынешнюю слабость кандидата от КПРФ и эскизность его программы, автор высказывает предположение, что на следующих выборах Грудинин вполне может участвовать как реальный кандидат, если успеет набраться должного опыта – ему будет тогда всего 63 года.

Я сомневаюсь, что это будет именно тот опыт, который даст ему основание претендовать через 6 лет на руководство страной. Для этого нужно всё-таки пройти и через руководство областью, и администрацией президента, и правительством, и потому я не думаю, что Грудинин всё это успеет за 6 лет, но чисто теоретически он может стать более опытным политическим игроком – чего я ему от всей души и желаю.

Однако Евгений Реутов считает, что сейчас голосовать нужно именно за Грудинина, причём не потому, что тот годится на должность президента – автор сам признаёт, что тот не готов к этой роли, а потому, что голосование за Грудинина целесообразно как протестное, «в качестве „народного послания“ нынешней власти: так больше продолжаться не должно». Очень многие считают именно так.

Эмоциональный посыл такой позиции понятен и объясним. Но рациональное осмысление непременно приведёт к выводу прямо противоположному: отток голосов от Путина к Грудинину из протестного мотива не только не приведёт к преобразованиям, а напротив, отсрочит их, сделает невозможными: Грудинин не победит, а Путин, получив не подавляющее большинство или ещё хуже – второй тур – станет слабым президентом и полным заложником именно нынешних либеральных элит, неприемлемость курса которых так очевидна всей стране и вызывает справедливое негодование самого автора. В таком случае даже малейшие преобразования будут перекрыты, а дрейф в сторону интересов Запада и отказа от суверенитета станет ползучим.

А если сюда добавить ещё и неконтролируемую центром оппозицию, катастрофа неизбежна. Это уже будет даже не двоевластие – это будет безвластие, переходящее во внешнее управление. Это не суверенитет, а его утрата. Что-то между Украиной и Молдавией. И Россией 18-го года ХХ века – только без партии типа большевиков с глобальной фигурой во главе масштаба Ленина.

Кто сказал, что ротация элит наиболее целесообразна через открытую конкуренцию? А как в Великую Отечественную войну в СССР без демократии и конкуренции менялся высший и средний  командный состав армии?

Конкуренция – это война, в которой ресурсы сторон не преумножаются, а взаимно уничтожаются. В итоге ни одна победившая партия не в силах проводить чёткий курс, каким бы он ни был. Начинается война до тех пор, пока кто-то не победит, и то лишь в случае, если страна к тому времени сохранится. Только тогда наступает период улучшения. Но с конкуренцией элит к тому времени всегда бывает покончено. Конкуренция и развитие – две вещи несовместные. Запад, проповедуя конкуренцию, в реальности последовательно весь ХХ век идёт к её ограничению.

Полностью устранить конкуренцию невозможно и не нужно, она генерируется изнутри, но сама по себе конкуренция вовсе не есть благо и гарантия от застоя элит. В США нет никакой конкуренции, она там поддельная и мнимая. А вот сейчас, когда она появилась, у них и начало всё рушиться. Зачем нам повторять чужую ошибку? Не зря автор приводит утверждение Минченко, что именно стабильность элиты – при всех её пороках – есть наша сильная конкурентная позиция.

Отдельно поясню, в чём тут благо – не в том, что сохраняются пороки элиты, а в том, что сохраняется государственность. Крах элиты всегда есть крах государства. И далеко не факт, что на месте рухнувшего государства возникнет, как Феникс из пепла, новое. Во всяком случае, в нашем веке с Россией такое уже не случится.

Раскол и борьба элит возымеют результатом не победу лучших над худшими, а уничтожение государственности как таковой. Любое поле боя всегда представляет собой руины. Кто бы ни победил. Кстати, побеждает тут всегда третий – кто всё это и организовал и стоял в стороне.

Ротация российских элит и смена их парадигм в оптимальном варианте есть процесс их внутренней эволюции под давлением очевидности угрожающих факторов исчерпанности прежнего курса. Но угроза революцией не усиливает социум, а сильно его ослабляет.

«3. Страна скатилась уже почти в настоящий третий мир. Об этом много написано. Наше технологическое отставание от развитых стран стало драматическим. Высокотехнологичный экспорт из России лишь 6-7%, в странах типа Ю.Кореи, Сингапура, Германии и пр. - 60-90%. Расходы на науку и технологии у нас около 1% бюджета, там от 2,5 до 6%. И это при различных бюджетах США тратит на эти нужды примерно в 30-40 раз больше России. Как следствие этого отставания – возможная потеря суверенитета уже в близком будущем».

Тут нечего возразить. Кроме того, что такие результаты этих стран есть как раз следствие их несуверенности и существования в виде финансового актива тех мировых глобальных элит, которые составляют группу учредителей ФРС США и Банка Англии. Концерны этих стран и их политические элиты есть продукт инвестиций тех же условных Ротшильдов, Рокфелеров, Морганов и Барухов.

Без того, чтобы стать полем приложения сил глобального капитала, никакие кореи, германии и сингапуры не были бы возможны. Им просто негде было бы взять деньги, они не получили бы доступ на мировые рынки для сбыта своей продукции, ими правили бы совершенно другие политики. Упускать из виду это соображение, приводя в пример эти страны, означает допускать серьёзную ошибку, влекущую ошибку в оценке происходящего.

И последний пункт.

«4. Проблемы этим не ограничиваются, можно их перечислять долго. Россия давно стала сословной, состоящей из двух разных народов, а любые карьерные движения идут лишь в очень узком кругу. Уже в качестве шутки: смотрел по 1 каналу репортаж о полуфинале конкурсе „Лидеры России“. В холле зала почти все плакаты и наглядная информация были на английском. Ну, разумеется, а каком еще языке должны говорить будущие лидеры России? Да и с их наставниками можете ознакомиться на сайте конкурса».

Опять на первый эмоциональный взгляд всё очевидно. Но при включении рассудочного подхода картина может быть иной.

Россия не недавно стала сословной – а она всегда такой была. Ни в родоплеменном периоде, ни в советском эти сословия не исчезали. На месте уничтоженных старых сословий немедленно возникали новые. Образование сословий – не порок, а необходимость, нормальное свойство любого социума, который всегда делится на группы – от групп детей в песочнице до сословий в нации. Ни в одном государстве не живут без сословий. А коли так, то сословность никак не может быть признана недостатком – как существование носа на лице. Нос может быть некрасивым, неудобным для дыхания, но это не значит, что его нужно вовсе убрать с лица.

Далее. Лидеры России – и плакаты на английском. Нынешние лидеры должны стать способными к действиям в глобальном мире, который говорит по-английски. Не владеющий языком международного общения кандидат не может быть лидером. Он племенной вождь, а не лидер страны. Путин говорит на двух языках. Менеджмент корпораций говорит на двух языках или хорошо на английском. Это для них как умение стрелять для солдата. На каких языках говорит Грудинин? Как он будет чувствовать себя в конфиденциальных переговорах с другими главами государств?

Молчать и улыбаться? Пользоваться переводчиком? Как поймёт непереводимые реплики в команде оппонентов? А как тогда будут строиться личные отношения? Или он без них обойдётся? Как вы будете строить экспорт, если вы лидер корпорации и не говорите по-английски? Программа-переводчик в компьютере выручит? Чем такой лидер отличается от недоросля Митрофанушки, который не учил географию, потому что полагал, что извозчик довезёт?

Патриотизм элиты вовсе не в незнании английского языка. Наполеона разгромила армия, офицерами которой были дворяне, говорившие по-французски лучше, чем по-русски. Это не похвала, но это аргумент в пользу того, что патриотизм есть нечто иное, чем способность понимать важность иностранного языка и умение на нём работать.

Что касается до утверждения, что явных воров нигде не любят, то логичнее было бы применить это высказывание в первую очередь к США,  Британии и Франции. Там самые главные и самые явные воры сидят в Белом доме, президентском дворце, руководстве главных банков, в конгрессе и палате лордов. И не только воры, но и убийцы. И наркоторговцы. А не любят там только воров мелких – так их нигде не любят. И сажают не тогда, когда об их воровстве узнают, а когда решат, что появилась ПОЛИТИЧЕСКАЯ ЦЕЛЕСООБРАЗНОСТЬ. И это самое очевидное утверждение о ворах и тех, кто их якобы не любит. Своих сукиных сынов там не только любят, но и хранят, как зеницу ока.

Таким образом, если мы перейдём в суждениях из эмоционального формата в прагматический и рациональный, все наши печальные оценки происходящего сменят модус на противоположный. Признать это – значит мыслить непротиворечиво, то есть логически.

А это значит, что картина несколько иная – нет тоннеля с тупиком или означающим смерть светом. А есть реальная перспектива - жёсткий процесс контролируемых трансформаций, сопряжённый с внешними и внутренними факторами, тормозящими или ускоряющими эти трансформации. Они идут, остановить их невозможно. Это объективный процесс и по поводу него нет смысла впадать в отчаянье. Государство и общество могут вынести лишь такой темп изменений, к которому они успеют адаптироваться. Любое желание подстегнуть процесс перемен обернётся лишь катастрофой, которая в таком случае окажется уже не чаемой, а вполне реальной.

И элиты будут меняться, и курс будет корректироваться, но темп перемен будет таким, который в состоянии выдержать и общество, и элиты, как правящие, так и оппозиционные. Единственно, кому стоит реально огорчаться – это несистемной оппозиции. Ей действительно ничего не светит. Но это уже проблема Лондона и Вашингтона, а не Москвы и не нас с вами.

БУДЬТЕ В КУРСЕ

Навальный в кремлёвской игре: и кто кого использует?

Приходько пора паковать чемоданы - девочки по вызову бесплатно не проходят

О судорогах политического трупа Навального

Навальный теряет поддержку, выпадает из фокуса внимания, в топы пробиваются разборки вокруг реальных, а не самозванных кандидатов в президенты – Грудинина и Собчак – и его захлёстывает жгучая ревность

Бюджет захлебывается деньгами, а регионы умирают от нехватки средств

Правительство держит на счетах мертвым грузом более 6 трлн рублей (более 100 млрд долларов), а бюджеты регионов захлебываются от нехватки средств

Грудинин как средство уничтожения либеральной повестки дня

Как ни относиться к Грудинину, но его выдвижение полностью нейтрализовало игру либералов в виде фигуры Собчак на выборах президента

Комментарии читателей (0):

К этому материалу нет комментариев. Оставьте комментарий первым!
RedTram
Новости net.finam.ru
Подписывайтесь на ИА REX


По Вашему мнению, вырастет ли цена бензина более 50 рублей за литр до конца 2018 года?
58.8% Да.
Видео партнёров