«Кризис демократии» и современность - 15: по страницам глобалистских «шедевров»

27 августа 2016  07:39 Отправить по email
Печать

Переходим к предпоследней части нашего цикла, посвященного докладу Трехсторонней комиссии 1975 года «Кризис демократии», раскрывающего проблематику, связанную с государственной способностью демократий». На деле речь в нем идет о неких контурах «постдемократического» миропорядка, основанного на замене государственных суверенитетов транснациональными и в конечном счете глобальным (http://trilateral.org/download/doc/crisis_of_democracy.pdf).

Сегодня у нас в повестке – второе приложение к докладу, посвященное Канаде. Точнее, проблемам ее адаптации к глобальным требованиями Трехсторонней комиссии, чьим публичным рупором является «Большая семерка» (в 1975 г. – «шестерка»; вопрос вхождения в нее спустя год, в 1976 г., Канады как раз и обсуждался).

Но перед этим – два вопроса, которые требуют освещения.

Первый: краткая выжимка из предыдущей части (http://www.iarex.ru/articles/52966.html), посвященной завершению первого приложения, в которой отражен итоговый документ ежегодного заседания Трехсторонней комиссии в 1975 году.

Самое важное. Обсуждая комментарии к первому приложению крупного немецкого политолога Ральфа Дарендорфа, обратим внимание на почти истерическую реакцию одного из соавторов доклада «Кризис демократии», автора знаменитой теории «столкновения цивилизаций» Сэмюэля Хантингтона. Возмутившись откровенностью, с которой Дарендорф «засветил» в своих комментариях олигархические структуры, которые он навал «экстрапарламентскими» (то есть надпарламентскими, универсальными по отношению к остальным – легальным, публичным - органам власти), Хантингтон бросился «спасать честь мундира». И в этом не остановился даже перед тем, чтобы выставить себя как минимум в смешном, а как максимум – в неадекватном свете, утверждая, что «консолидатором» олигархии являются… партии. При том, что хорошо известно: партии – главные «содержанки» олигархии, а двухпартийные системы Запада являются инструментом олигархического управления политической жизнью с помощью принципа «двух рук, управляемых одной головой». Как утверждает крупный масон высочайшей степени посвящения Александр Гизе, одиннадцать лет возглавлявший Великую ложу Австрии (мы об этом уже говорили), в двухпартийных системах зашифрован другой, основополагающий масонский принцип «партнерства в буржуазной конкуренции».

Думается, многие участники того «достопочтенного» (масонский термин) собрания как минимум в душе хихикали над происходившим, что понятно: услышать от такого «мэтра» подобную глупость, цену которой они сами знают не «снаружи», а «изнутри», удается далеко не каждый день.

Не менее важным является другое признание Хантингтона: что политика «разрядки» с СССР в первой половине 1970-х годов нанесла ущерб не только нашей стране, но и самому Западу. Хантингтон по сути уговаривал «коллег» по Трехсторонней комиссии «потерпеть» ее «издержки» ради… какой конечной цели? Понятно, что победы над СССР.

Интересным является замечание «одного американского участника обсуждения» («правило “Chatham House” в действии), что отцы-основатели США слишком озаботились защитой прав человека и принесли им в жертву эффективное государственное устройство, которое, как он видимо считает, с демократией абсолютно несовместимо. Плюс перечисление «демократических институтов» в США этот «участник обсуждения» начал отнюдь не с Конгресса, а с контролируемых олигархией СМИ. Знаковая оговорка «по Фрейду», засвечивающая подлинную «демократическую» «табель о рангах», в которой СМИ стоят выше парламентов и тем более правительств.

Еще один «американский участник» предложил усилить планирование, чтобы «помогать людям (понятно, каким) достигать своих целей». Так что вопрос – не в наличии или отсутствии «командно-административной системы», которой затравили в «перестройку» Советскую власть, а в том, в чьих интересах эта система действует. В СССР она работала в интересах трудового большинства. А в США и на Западе в целом? В интересах элитарного меньшинства!

Как бы в подтверждение этого тезиса европейским «демократиям» были поставлены в пример европейские же монархии, среди которых «британский участник обсуждения» назвал образцом свою страну, заклеймив как «полную чушь» критику в ее адрес в недостаточности государственной способности британской демократии. Возмущение британца можно понять: кто это смеет указывать место признанным «хозяевам правил игры»! Не заткнуться ли тем, кто на это «отваживается», демонстрируя полное незнание «теневых» раскладов в системе принятия глобальных решений!

Отдельной темой является связь между проецируемыми глобальными переменами и «европейской интеграцией», установленная в выступлении «одного европейского члена Комиссии».

Еще одним показательным пассажем стало возмущение участников обсуждения национальными правительствами, которые полагают, что их заигрывания с (трудовым) большинством должно оплачивать (олигархическое) меньшинство. Ну, естественно, кто ж из сильных мира сего такое потерпит!

И, наконец, обращение к японскому опыту соединения с «демократией» групповых, корпоративных интересов. С его помощью формируется некая иерархия олигархической власти, которую Трехсторонняя комиссия, не особо стесняясь, считает «моделью» для всех остальных. Частью этого вопроса стала дискуссия о соотношении эффективности и справедливости, которая велась в контексте другой дискуссии – «о ресурсах» и «глобальном распределении власти». Об этом, собственно, и сам доклад; данная тема прошла через него красной нитью. (В самом докладе об этом говорится мало и в основном полунамеками, а вот в обсуждениях, благодаря «правилу “Chatham House”», языки участников развязываются, по А. Галичу, «как шнурки»).

Второй вопрос, на который следует обратить внимание, непосредственно не связан с осуждаемым докладом. Зато он связан с Трехсторонней комиссией, на официальном сайте которой на днях, наконец, опубликована повестка прошедшего в середине апреля 2016 года ежегодного заседания (http://trilateral.org/File/198). И она, как и ожидалось, оказалась очень показательной. Как и персоналии, представлявшие на ее обсуждении нашу страну.

Итак:

Программа ежегодного собрания 2016 года.

Рим, Италия, 15-17 апреля 2016 г.

Римский отель «Кавальери Уальдорф Астория».

 

Председатель конференции – Жан-Клод Трише, председатель «Группы тридцати» (объединение мировых банкиров, тесно связанное с Бильдербергским клубом), председатель Брейгелевского института (европейская НКО, созданная в 2004 г. под патронатом двух глав европейской группы Трехсторонней комиссии – бывшего Марио Монти и нынешнего – Ж-К. Трише), почетный президент Банка Франции, бывший президент ЕЦБ, председатель европейской группы Трехсторонней комиссии.

<…>

 

Пятница, 15 апреля.

Вопрос 1-й. ФОРМИРУЯ БУДУЩЕЕ ИТАЛИИ В ЕВРОПЕ.

Вопрос 2-й. КУДА ДВИЖЕТСЯ ЕВРОПЕЙСКИЙ ПРОЕКТ? НУЖНО БОЛЬШЕ ЕВРОПЫ ВО ВРЕМЕНА СОКРАЩЕНИЙ.

Официальный прием. Серджио Матарелла, президент Итальянской республики.

 

Суббота, 16 апреля.

Вопрос 1-й. СРЕДНИЙ ВОСТОК В ХАОСЕ. ОТ АРАБСКОЙ ВЕСНЫ К ГЛУБОКОЙ ЗИМЕ?

Вопрос 2-й. КУДА ИДЕТ РОССИЯ? ОБЗОР РЕЗЮМЕ ДОКЛАДА ТРЕХСТОРОННЕЙ КОМИССИИ 2014 ГОДА «ВОВЛЕЧЕНИЕ РОССИИ: ВОЗВРАЩЕНИЕ К СДЕРЖИВАНИЮ?»

Модератор: Пола Добрянски, старший партнер Белферовского центра по науке международным отношениям Школы государственного управление им. Дж. Кеннеди Гарвардского университета, США.

Докладчики:

Алексей Кудрин, декан факультета свободных искусств и науки СПбГУ, сопредседатель Комитета гражданских инициатив, бывший вице-премьер и министр финансов Российской Федерации;

Владимир Мау, ректор РАНХиГС при Президенте РФ, Центр российских исследований (RANEPA);

Игорь Юргенс, председатель ИНСОР, Институт сравнительного развития;

Анджей Олешовский, бывший министр иностранных дел и министр экономики, Польша.

Вопрос 3-й. СЕВЕРОКОРЕЙСКИЕ ЯДЕРНЫЕ И РАКЕТНЫЕ УГРОЗЫ.

Вопрос 4-й. КУДА ИДЕТ КИТАЙ?

Модератор: Джозеф Най-мл., североамериканский председатель (Трехсторонней комиссии), профессор и бывший декан Школы государственного управления им. Дж. Кеннеди Гарвардского университета, США.

Докладчики:

Ю Ванмин, член консультативной группы по внешней политики при МИД КНР, старший консультант группы при Госсовете КНР, член и президент Европейской академии наук, Пекин;

Руан Жонже (Ruan Zongze – не уверен в переводе. – Авт.), вице-президент Китайского института международных исследований, Пекин.

Комментарии:

От Са Конг Ил, президента и председателя совета директоров Института глобальной экономики, Сеул;

От Шиама Сарана, бывшего председателя, консультанта Национального совета безопасности Индии, бывшего посла и шерпы при «Группе восьми».

Вопрос 5-й. ПРЕЗИДЕНТСКИЕ ВЫБОРЫ В США.

Прием от имени итальянской группы Трехсторонней комиссии.

 

Воскресенье, 17 апреля.

Вопрос 1-й. МЕЖДУНАРОДНАЯ МИГРАЦИЯ И ПОТОКИ БЕЖЕНЦЕВ: ВЫЗОВ ГЛОБАЛИЗАЦИИ ИЛИ РАВНОДУШИЕ?

Вопрос 2-й. СПРАВИТЬСЯ С ЦИФРОВЫМИ НАРУШЕНИЯМИ: ВЫЗОВ БИЗНЕСУ.

Вопрос 3-й. ВЛИЯНИЕ НА ВЛАСТЬ, ЧАСТНУЮ СФЕРУ И ЭКОНОМИКУ.

Заключительные комментарии председателя трехстороннего собрания.

Следующее ежегодное заседание (Трехсторонней комиссии) состоится в Вашингтоне, 24-26 марта 2017 года (http://trilateral.org/File/198).

 

* * *

 

Ряд соображений в связи с этой повесткой – общих и конкретно по России.

Первое. Забудьте, читатель, сказки о том, что США выгодна дезинтеграция Европейского союза. США, центром власти в которых являются крупнейшие олигархические кланы (прежде всего Рокфеллеры), которые также управляют Европой (Ротшильды, Ватикан) и, следовательно, глобальными институтами, с помощью альянса крупной буржуазии с аристократией, нужно объединение Запада. Поскольку центром такого объединения Европа не может быть по определению (ибо не обладает суверенитетом – ни в целом, ни отдельные страны, включая Германию и Францию), постольку у Европы имеется замещающий внешний, общезападный стержень объединения – морской англосаксонский мир – США и Британия. На самостоятельную игру этого мира – британский Brexit и «нестандартные» президентские выборы в Америке – и указывает пункт повестки заседания 2016 года о европейском проекте. Даже в самой постановке вопроса – «больше Европы (то есть больше интеграции в период кризиса)» - содержится некий намек на ответ о перспективе. Континентальная Европа, как «внутренний» геополитический «круг» Запада, находится под контролем «внешнего круга», англосаксонского. Который, в свою очередь, отбрасывает даже видимость коллегиальности в принятии решений с европейскими столицами.

Европейский союз – функция от США и Британии, которую те могут двинуть в любую сторону – от фрагментации и распада (чего, судя по повестке, не будет) до превращения в «четвертый рейх» с очередным направлением «drang nach Osten». Кратчайший путь к этому – использование кризиса в Донбассе. Предстоящее обсуждение этой ситуации в «полунормандском» формате Россия – Германия – Франция в Ханьчжоу (КНР), на саммите «Группы двадцати», ничего не решит. «Лакмусовой бумажкой» надежно служит разворот ситуации на севере Сирии, где США руками Турции, а возможно и Ирана приступили к «конкретному» сдерживанию России. А. Меркель и Ф. Олланд возможно и рады бы договориться с Владимиром Путиным, но не смогут нарушить понятные и вполне прозрачные инструкции «вашингтонского обкома».

Дальнейшая эскалация конфронтации Москвы с Западом представляется неизбежной, и события в северной Сирии, повторяем, это подтверждают.

Второе. Очень показательными являются вопросы третьего дня – 17 апреля.

Проблема международной миграции – назовем вещи своими именами – это вопрос игры англосаксонских атлантистов на удержание в узде Европейского союза руками Турции, через которую и идут «потоки беженцев». Достаточно одного «свистка» англосаксонских столиц, чтобы все это прекратилось. Но «свистка» не последует, ибо происходящее полностью вписывается в англосаксонскую стратегию по «опусканию» и подчинению европейских стран и лидеров в описанных выше, далеко идущих, целях Вашингтона и Лондона.

Вопросы кибербезопасности очень волнуют не столько западный бизнес в целом, сколько его сверхкрупную, олигархическую часть, которая страдает от появившихся препятствий в реализации ее планов со стороны России и Китая. В США очень болезненно восприняли ряд сигналов из Москвы о том, что попытки повлиять на внутриполитическую ситуацию в нашей стране получат симметричный кибер-ответ, очень чувствительный для правящей Демократической партии и действующей демократической администрации в канун выборов.

И «влияние на власть, частную сферу и экономику»… Чье влияние – нуждается в разъяснениях, если речь идет о Трехсторонней комиссии?

Третье. По-настоящему ключевые, программные а не прикладные, для глобальной олигархии вопросы явно рассматривались на второй день. И этих вопросов, если сгруппировать их, исходя из особенностей нынешней глобальной ситуации, отнюдь не пять, а всего два:

- исход президентских выборов в США;

- и российско-китайский стратегический союз.

 

Северокорейская тематика связана с китайской, а средневосточная - с российской операцией в Сирии. Показательно:

- вопрос о Северной Корее – это хорошо известно специалистам по Китаю – имеет четкую подоплеку, направленную против команды Си Цзиньпина; специфика внутреннего расклада в КНР сегодня такова, что подобная постановка вопроса автоматически поощряет деструктивную эволюцию в стране внутриполитических процессов, ибо поддерживает одних фигурантов политической авансцены против других (уточнять, на мой взгляд, не нужно, чтобы не запутывать читателя уходом в сторону от основного анализа; понять подоплеку в целом можно, заглянув в некоторые публикации в СМИ, например, сюда: http://kommersant.ru/doc/3046423).

- хаос в регионе Среднего Востока связывается не с породившей его «арабской весной», инспирированной западными, прежде всего американскими, олигархами, их придворными стратегами, спецслужбами и частными военными компаниями (ЧВК). А со сползанием к «глубокой зиме», то есть с противостоянием Запада с Россией (важно: признается, что это именно противостояние, а никакой не «союз» Москвы и Вашингтона «в борьбе с терроризмом»).

 

В высшей степени показательно: именно на этом фоне Китай направляет военных советников в Сирию; ранее официальный Пекин воздерживался от вовлечения в эту военную операцию, неизменно подчеркивая свой «нейтральный» статус страны, выступающей за мирное решение всех мировых проблем.

Четвертое. Конкретно по российской проблематике.

Вожди «пятой колонны» ясны и понятны? Кудрин, Мау, Юргенс. Практически все – члены гайдаровской команды, то есть креатура той части бывших советских спецслужб, что спуталась в 60-е – 70-е годы с Римским клубом.

Кудрин – постоянный докладчик (так и хочется употребить слово «стукач») Трехсторонней комиссии по российским вопросам. В бытность главой минфина, на пару с Грефом, как говорят знающие люди, при любом «кадротрясении» в правительстве, первым делом бросался за «консультациями» к «кураторам» из Вашингтона.

Мау - ректор президентской академии, превратившей бывшую Академию общественных наук при ЦК КПСС в один из ключевых либеральных заповедников (или, точнее, серпентариев). Причем, с 2002 года, когда Владимир Путин еще работал под плотным контролем либералов. Администрацию президента тогда возглавлял Александр Волошин, а пресс-секретарем была Наталия Тимакова, супруга Александра Будберга, одной из ключевых фигур, связывавший политический бомонд с ельцинской семьей. Сегодня Тимакова – пресс-секретарь премьера Дмитрия Медведева, одна из закоперщиц провалившейся «болотной» революции, представлявшей собой антипутинский бунт стоящих за либералами криминальных элит.

Юргенс (за глаза именуемый в определенных кругах «Юнкерсом») возглавляет ИНСОР, главой попечительского совета которого и по сей день является премьер Медведев.

Можно ли по совокупности этих фактов утверждать, что в Трехсторонней комиссии за «кураторство» над Россией отчитывался и обсуждал, как ее «сдерживать» некто «коллективный Медведев»? Думаю, можно, хотя и с определенными натяжками: с Кудриным Медведев, как известно, как кошка с собакой после того, как выгнал его из правительства.

Ну и традиционно русофобствующий поляк к этой «троице» в нагрузку.

Пятое. Обсуждение китайской темы, которая практически текстуально совпадает по названию с российской, возглавил лично Джозеф Най-мл., одна из ключевых фигур американской «теневой» политики. Именно он в 2009 году, после провала миссий в Пекин Бжезинского и Киссинджера, которые привозили туда проект американо-китайского раздела советского наследства, но получили от ворот поворот, выступил с гневной статьей, обвиняющей китайские власти в предательстве идей Дэн Сяопина. Характерное название: «Проигрышная ставка Китая против Америки» (http://www.centrasia.ru/newsA.php?st=1268327340). Не помешает перечитать именно сейчас, чтобы осознать:

- что китайское направление в США курируют одни и те же люди на протяжении десятилетий;

- что они «не удержали» ситуацию и изо всех сил стремятся «отыграть ее назад»;

- что в этих целях они объединили китайскую тему с российской. И рассматривают ее в общем контексте, под общим заголовком. Ибо, как тот же Бжезинский предрекал еще в «Великой шахматной доске», в конце 90-х годов, самая главная угроза господству Америки в Евразии (без которого не может быть мирового господства) - формирование евразийского альянса, способного бросить вызов американской гегемонии.

 

Именно такой альянс сегодня и формируется – на наших глазах. Отсюда все истерические метания западных элит, которые отражают их растерянность и непонимание, как, и что делать. Оказалось:

- что кудрины, мау и юргенсы в России решают далеко не все;

- что они стремительно обнуляются и приближаются к полному моральному и нравственному банкротству, в то время как политическое банкротство начинают переживать как раз сейчас;

- что другая «пятая колонна» в России хотя и имеется (верхи так называемых «белых патриотов»), но нуждается в раскрутке, на которую нет времени (ибо «играя» в оппозицию либералов и таких «патриотов», Запад сам превратил их в глазах своих салонных «интеллигентствующих» симпатизантов в маргинальный отстой);

- что против российского стратегического потенциала в отсутствии внутреннего влияния на механизм принятия решений в Москве внешние механизмы такого влияния не работают;

- что, наконец, никакой «победы в холодной войне», раз так, на самом деле и не было; западные элитарные «верхи» с самого начала знали (хотя и блефовали), а до элитарных «низов» только сейчас доходит, что это Россия сама холодную войну прекратила в одностороннем порядке, оставив за собой право вернуться к ней, когда это будет необходимо. И что Запад с этим поделать ничего не может – какая ж это на фиг «победа»?

 

А теперь – продолжение доклада «Кризис демократии», второе (канадское) приложение. Казалось бы, ну что интересного и, главное, нового может быть в этой теме, когда все основное уже сказано. Ан нет! Пару-тройку «фишек» удалось отыскать и здесь, поэтому и решено это приложение не обходить, а представить на суд читателя.

Обычный шрифт с полужирными выделениями, как всегда, - это сам доклад, его текст, цифры в скобках – страницы английского оригинала (http://trilateral.org/download/doc/crisis_of_democracy.pdf), комментарии автора этих строк набраны курсивом и сопровождены заголовком «Комментарий».

 

 

КРИЗИС ДЕМОКРАТИИ

Доклад Трехсторонней комиссии

по государственной способности демократий

(1975 г.)

 

Авторы: М. Круазье, С.П. Хантингтон, Дз. Ватануки

 

Трехсторонняя комиссия была создана в 1973 г. частными гражданами Западной Европы, Японии и Северной Америки для поощрения более тесного сотрудничества между этими тремя регионами по общим проблемам. Она ищет пути улучшения понимания этих проблем, поддержки предложений по совместному управлению ими, формирования обычаев и практики совместной работы в этих регионах.

 

* * *

 

ПРИЛОЖЕНИЯ:

 

Приложение II. Канадские перспективы государственной способности демократии (обсуждение в Монреале, 16 мая 1975 г.).

 

Доклады по заданию Трехсторонней комиссии по государственной способности демократии выявили проблемы во всех трех регионах. Это было рассмотрено как препятствие ряда факторов:

- изменение демократической среды («контекста»);

- подъем «аномальной демократии»;

- различные «дисфункции» демократии;

- делегитимация авторитета;

- системная перегрузка;

- растущая ограниченность в международных отношениях (203);

 

Доклады подробно описали проблемы в США, Западной Европе и Японии. Для Канады был собран отдельный коллоквиум, спонсором которого выступила Канадская группа Трехсторонней комиссии, собравшая в мае 1975 г. около 30 ведущих канадских специалистов (203);

 

Участники исследовали специфические канадские перспективы государственной способности и в дискуссии с членами Рабочей группы Трехсторонней комиссии выявили соответствующие общие и особенные черты Канады по сравнению с остальными регионами (204);

 

КОММЕНТАРИЙ:

Еще раз обращу внимание: речь идет о подготовке Канады к вступлению в «Большую шестерку». Она образовалась и в первый раз собралась в 1975 году, а Канада присоединилась к ней, превратив «шестерку» в нынешнюю «семерку» в 1976 году. Поэтому Канаде и уделяется такое внимание.

 

Дискуссия развернулась вокруг четырех основных проблемных пространств:

- проблема государственной способности;

- экономический и культурный аспекты;

- компоненты стабильности;

- внутренняя и внешняя вовлеченность.

 

В ходе дискуссии были выявлены несколько важных тем, практические подходы к которым отражены в следующем коротком докладе (204).

 

 

A. Вызов канадской государственной способности

 

Несмотря на напряженность ряда проблем, влияющих на канадские институты и ценности, трудности государственной способности не являются неразрешимыми, а сама она рассматриваться менее серьезной проблемой, чем:

- реальность участия;

- ответственность управляющих;

- или (если участие поставить в центр) способность правительств к демократизации (204);

 

Многие считают ответственность главной проблемой – и в контексте принятия государственных решений, и с точки зрения распространения участия в принятии решений на некоторые группы и организованный труд (204);

 

КОММЕНТАРИЙ:

Достаточно завуалированный намек на то, что «ответственность» объединяет процесс принятия решений с обеспечением прохождения этих решений через «организованный труд», то есть через профсоюзы, которые, как мы уже знаем, контролируются глобальной олигархией. Иначе говоря, НАСТОЯЩАЯ ответственность – та, что и принимает решения, и обеспечивает лояльность им со стороны профбоссов. То есть ОЛИГАРХИЧЕСКАЯ.

 

Пока Канада разделяет с США ряд важнейших вызовов-проблем – таких как:

- перегрузка политической системы требованиями;

- размывание традиционного отношения к авторитету;

- изменение общественных ценностей;

- усиление «дегуманизации» общества;

- трудовые конфликты.

 

Но эти конфликты не достигают такого уровня развития как в США, в которых особенно остры расовая проблема, более обширные проблемы городов, разочарование в лидерской роли США в международных делах. В США, кроме того, долговременное воздействие оказывается такими проблемами, как Вьетнам и Уотергейт (204-205);

 

Поэтому имело место четкое разделение участников обсуждения на две группы: считающих обозначенные проблемы признаками надвигающегося кризиса государственной способности в Канаде и не считающих так (205).

 

КОММЕНТАРИЙ:

Канада, как «зеркало» США; обсуждение канадской ситуации сводится к тому, копирует ли страна вектор развития США или нет.

 

 

B. Системные перегрузки

 

Было высказано мнение, что растущая тенденция по вызову авторитету среди рабочих и студентов и подъем социальных требований предвещает скорый конец «псевдо-демократии» и являет собой первую попытку установления искренней и всеобъемлющей демократии. Тем не менее, те, кто указывал на растущие угрозы канадской демократии, видели эти тенденции в усилении перегрузки системы принятия решений, снижающей их возможности по установлению приоритетов и размыванию «общественной философии». Одна из деструктивных тенденций – в сфере труда – была объяснена тем, что профсоюзы не только не допускаются в сферу принятия решений, но и часто рассматриваются как «внесистемные». Такое отношение может только ухудшить взаимодействие между организованным трудом и широкими слоями общества (205);

 

КОММЕНТАРИЙ:

А вот с этими тезисами нужно разбираться уже предметно.

1) «Искренняя и всеобъемлющая демократия» взамен «организованной», правительственной, - это отнюдь не социализм, а глобализм. Возможно, с псевдосоциалистическим подтекстом.

2) В глобалистский контекст, следовательно, «упаковывается» рабочее движение, которое соединяют со студенческим, априори «оранжевым», глобалистским. Молодежь, к сожалению, очень часто ведется на «искренние и всеобъемлющие» лозунги, не понимания, что ничего ни «искреннего», ни «всеобъемлющего» в этом мире по определению быть не может. Что под этим шифруются чьи-то конкретные интересы, в которые нужно впрячь молодежь, превратив ее в «таран» против устоев «общественной философии».

3) «Перегрузка системы принятия решений» напрямую увязывается с приходом «искренней и всеобъемлющей демократии», хотя формально их противопоставляют друг другу. Систему «перегружают», она «зависает», давая формальный повод для управляемой подмены понятий и стратегий.

4) Профсоюзы – абсолютно системные, олигархические структуры, преподносятся общественности как внесистемные, оппозиционные. Для чего? Для того, чтобы, аккумулировав в управляемом режиме недовольство, направить его в нужное «оранжевое» русло, превратив в такой же управляемый «таран» «общественной философии», как и студенческое движение. И не только их. Это – так называемая концепция «нового пролетариата». Или, правильнее, псевдопролетариата, в котором роль рабочих организаций, организующих системный классовый протест, подрывающий устои буржуазного общества, передается феминисткам, цветным, «зеленым», прочим «голубым» (ЛГБТ) «активистам» и остальному маргинальному отстою. Они эти устои тоже атакуют, но не с классовых, а с «консьюмеристских», потребительских позиций, утверждая под видом борьбы с издержками капитализма радикально буржуазную мораль и нравственность, извращая сам смысл борьбы за права трудящихся.

5) Чтобы этого достичь, как видим из приложения к докладу, рабочий класс нужно противопоставить неким «широким слоям общества» (то есть упомянутым маргиналам) и с ними столкнуть.

 

Другой участник назвал системную перегрузку в Канаде «фантазией», поскольку ни функционирование, ни структура системы не изменились – ни в лучшую, ни в худшую стороны. Другие выразили симпатию тем условиям, в которых действуют политики, подчеркнув, что есть серьезные признаки того, что от них хотят слишком многого. Наибольшая критика демократических правительств – за неспособность расставить приоритеты в условиях увеличения требований и ее последствие в виде большего упора на программы, чем на креативные политические решения (205);

 

КОММЕНТАРИЙ:

Слово «креативный», как нам уже хорошо сегодня известно, - синоним псевдопролетарского, «консьюмеристского» потребительства. Отказ от программного принципа функционирования исполнительной власти, который здесь пропагандируется, вызывает к жизни практику внесистемного, ситуативного управления, которое очень легко развернуть прочь от государственных интересов к корпоративным.

 

Один или два участника указали, что вся дискуссия исказила реальные проблемы и касается только элиты, обеспокоенной утратой позиций в обществе! Они упомянули о таких факторах как увеличение инфляции, рост общественных расходов в процентах к ВНП, которые, по их мнению не только ничем не угрожают государственной способности, но и создают условия для боле качественного распределения годового дохода и контроля через него над зарплатами и другими благами, предоставляемыми благополучием (206).

 

КОММЕНТАРИЙ:

Выделенный фрагмент – не в бровь, а в глаз! Глубочайший респект этим «одному или двум участникам», нашедшим в себе силы назвать вещи своими именами! И указавшим, что имеет место либеральный шабаш «тусовки», озабоченной перспективами утраты своего привилегированного положения в западном «трайбе».

 

 

C. Институты

 

Канадские институты (федерализм, парламентская система, общественная служба, СМИ) были охарактеризованы как понятные и получающие внимание со стороны участников. Являются ли они защитой или фактором риска для государственной способности? (206);

 

Было подчеркнуто, что распространение бюрократии на федеральном, провинциальном и муниципальном уровнях является фактором напряженности, ибо уменьшает предсказуемость канадской политической системы. Имеется растущая тенденция, что бюрократия стремится к пересмотру ролей, которые традиционно принадлежали политикам – такие как определение, «что такое хорошо, и что такое плохо». Это может считаться опасным развитием, особенно в свете тенденции бюрократии к сосредоточению в Оттаве и отсутствия ее представительства в регионах (206);

 

КОММЕНТАРИЙ:

Вряд ли бюрократическое засилье «уменьшает» предсказуемость политической системы. Скорее, наоборот, повышает ее, разворачивая функционирование этой системы в русло олигархических интересов.

 

Среди участников сформировался консенсус, что особое внимание должно быть уделено институтам, имеющим демократическое происхождение. Было рекомендовано, чтобы Палата общин увеличилась, чтобы обеспечить лучшее конституционное представительство и чтобы ее функции были модернизированы с целью оказания содействия общим делам. Так называемое «ослабление Парламента» было рассмотрено через призму растущего влияния региональных органов власти по отношению к федеральным – как свидетельство необходимости укрепления федерально-региональных связей. (Прямое вмешательство Трехсторонней комиссии во внутренние дела Канады – на уровне конституционного устройства. – Авт.). Эффективная оппозиция скорее появится в провинции, чем из федеральных оппозиционных партий, особенно в условиях фактически однопартийной системы в Оттаве (206-207);

 

Американские участники вынесли из дискуссии заключение, что канадский вид федерализма – с усиливающейся децентрализацией – очень желанный вариант. Несмотря на практическую недоступность провинциальной бюрократии и проблемы, порожденные приписыванием равенства федеральному и провинциальному уровням, самими канадцами была заявлено, что проблемы государственной способности смягчаются гибкостью, встроенной в канадский стиль распределения полномочий федеральной структуры и парламентской системы (207);

 

КОММЕНТАРИЙ:

Помимо констатации вмешательства, очертим его масштабы. Трехсторонняя комиссия, действуя в интересах глобальной олигархии, считает себя вправе:

- менять структуру органов государственной власти якобы «суверенного» государства (и это относится не только к Канаде, но и, смею заверить, к тем же США);

- пересматривать и корректировать функции;

- регулировать социальное представительство во власти;

- вмешиваться в отношения центра и регионов, рекомендуя децентрализацию и передачу полномочий государственных органов вниз, на региональный и местный уровни.

Последнее наиболее важно. Мы уже упоминали про осуществляемый в Европе «пилотный» проект «еврорегионализация», в ходе которого сопредельные регионы разных стран объединяются поверх границ и замыкаются на Брюссель в обход своих столиц. Напомним также, что ГЛОБАЛИЗАЦИЯ = ГЛОКАЛИЗАЦИЯ (передача полномочий госорганов вверх, в транснациональные и глобальные структуры, и вниз, в региональные и местные, о чем и идет речь) + ФРАГМЕГРАЦИЯ (фрагментация и растворение национальных, этнических и конфессиональных идентичностей с интеграцией их экономик).

«Эффективная оппозиция», как понимаем, формируется на региональном уровне, чтобы противопоставить ее государственному уровню. В той же Канаде это в том числе и проблема франкоговорящего Квебека, который идет в «авангарде» движения за раскручивание центробежных тенденций.

А «американские участники дискуссии» тут же «примерили» этот принцип «лоскутного одеяла» на свою страну.

 

Было замечено, что в Канаде, как и в США, наблюдается фрагментация и регионализация политических партий, но нет никаких признаков приближения того, что американскими аналитиками называется «упадком партийной системы». Было отмечено, что правящие либералы, доминирующие в министерствах, не представлены в достаточной мере во всех основных пространствах страны. Эта тенденция децентрализация рассматривалась многими участниками не как угрожающая, а как желанная – чтобы партии стали более «регионально-ориентированными», что предотвратило бы доминирование бюрократии над избранным представительством. Один из участников заметил, что, значит, правящие либералы недостаточно «конституционно ориентированные». Другой отметил, что существующие в Канаде политические партии играют важную роль в обеспечение компромисса в не идеологической сфере (207).

 

КОММЕНТАРИЙ:

Первый выделенный фрагмент – буквально калька с ситуации в постсоветской России. Ну, и кто рискнет утверждать, что у нас это не было запрограммировано? Что имело место спонтанное развитие событий, а не управляемый государственный переворот?

И еще: 1) «недостаточно конституционно ориентированные» либералы, - это, если называть вещи своими именами, означает КОМПРАДОРСКИЕ. Мы разве этого не понимаем?

2) Партии вне идеологии – пародия на партии, а если к тому же они обеспечивают «внеидеологический» компромисс, впору вспомнить масонскую формулу А. Гизе – «партнерство в буржуазной конкуренции».

 

 

D. Расхождение между риторикой и действием

 

Другой важной темой, выявленной в ходе дискуссии, стала проблема расхождения между риторикой и действиями правительства. Два взгляда имели место на эту проблему - оба в случае подтверждения обозначенных ими тенденций разрушительные:

1) Что люди теряют веру в риторику и игнорируют систему, отказываясь в ней участвовать (названо «апатией безысходности»);

2) Что ожидания в результате правительственной риторики поднимаются столь высоко, что не могут быть удовлетворены иначе как путем перераспределения благ между индивидами и группами (207-208).

 

 

E. Упадок «общественной философии»

 

Было сказано, что общественным группами никто не препятствует выдвигать возмутительные требования, граничащие с отказом от существующих в обществе взглядов, отраженных растущим сомнением, что доминирующие ценности могут быть увязаны со стремлением перераспределить общественное влияние и ресурсы. Упадок коллективизма и дегуманизация общества являются результатом самоутверждения индивидов и групп. В отсутствие национального этоса деятельность правительств подрывает попытки справиться с такими трудностями как инфляция, отношения труда и менеджмента. Этот феномен упадка связующих ценностей проявляется не только в Канаде, но и в США.

 

КОММЕНТАРИЙ:

Выпишите, читатель, запомните и приводите везде, где можете, основные положения олигархической стратегии:

- противопоставление «инновационных» взглядов национальной традиции, поддержка всего того, что разрушает традицию, выставление носителей традиции «динозаврами», отжившими свой век, «давящими “ростки нового”» и т д.;

- связь этой линии с перераспределением ресурсов и влияния в обществе;

- сознательное и управляемое обрушение коллективистских установок и замена их индивидуалистическими и групповыми (корпоративно-олигархическими).

 

 

F. Коммуникации и государственная способность

 

Тема коммуникаций была охарактеризована и как причина, и как следствие проблемы государственной способности. Было отмечено, даже журналистами, что СМИ стремятся освещать краткосрочные темы – персонифицированную, эмоциональную картинку политических событий, тем самым расширяя расхождение между риторикой и действием. Было отмечено, что усилившаяся периодическая печать нуждается в долгосрочной перспективе событий, трендов и институтов (208);

 

Скудость коммуникаций внутри правительства и между правительством и другими секторами была охарактеризована как проблема государственной способности. Это – результат серьезного недостатка знаний, как «другая сторона» воспринимает решения, которые затрудняют желанное конструктивное взаимодействие в треугольнике «промышленность – правительство – труд». Было также подчеркнуто, что способность парламента к посреднической функции уменьшается по мере снижения количества сторонников и роста влияния бюрократии (208-209).

 

КОММЕНТАРИЙ:

Не забудем: «СМИ – важнейший ресурс дезинтеграции старых форм социального контроля». «Расширение расхождения между риторикой и действиями» в этой связи – не что иное, как зазор между общественными и олигархическими интересами.

«Долгосрочность» трендов (в особенности), а также событий и институтов – синоним внешней управляемости этими трендами, событиями, институтами.

 

 

G. Возможные заключения

 

Как отмечено коллоквиумом, канадские проблемы государственной способности укладываются в четыре основных пространства:

- проблематичность способности политических институтов эффективно согласовать растущий уровень требований и одновременно поддерживать ответственность перед обществом;

- увеличивающийся разрыв между риторикой и действиями;

- упадок «публичной философии»;

- проблема коммуникаций.

Несколько характеристик канадской системы были найден, чтобы усилить государственную способность, в том числе:

- структура федерального парламента и правительства;

- разумная степень децентрализации авторитета и отсутствие классовых партий.

Тем не менее, сформировался консенсус, что канадские проблемы не являются нерешаемыми, но требуют повышенного внимания и немедленного действия (209).

 

КОММЕНТАРИЙ:

Заметьте, читатель, как четко увязаны между собой разрушение авторитета и «зажим» классовых партий. Разрушить существующий миропорядок олигархии, учитывая опыт советских большевиков, нужно так, чтобы не дать нового шанса коммунистическим силам, которые являются злейшими врагами олигархии!

 

 

Участники:

Д. Андерссон – издатель журнала «Чатерлайн»,

К. Биги – исполнительный директор исследовательского института «Хоув»,

П. Бенуа – журналист, бывший мэр Оттавы,

М. Блауэр – специальный помощник премьера провинции Манитоба,

Р. Боуи – профессор международных отношений, Гарвардский университет,

Зб. Бжезинский – директор Трехсторонней комиссии,

Т. Крири – издатель монреальской «Газеты»,

П. Добелл – директор парламентского центра международных отношений и международной торговли,

Г. Фейрвезер, Ф. Фокс – члены канадского Парламента,

Д. Фрезер – конгрессмен США,

Р. Хаган – помощник министра, юрисконсульт Главного департамента правительства,

С. Хантингтон – профессор управления, Гарвардский университет,

Р. Джексон – профессор политических наук, университет Карлтона,

П. Джуни – председатель Канадской радио-телевизионной комиссии,

М. Кирби – помощник секретаря, офис Премьер-министра,

Дж. Лаланд – профессор политических наук, Монреальский университет,

К. Лемелин – специальный помощник Государственного секретаря по международным делам,

В. Люмье – профессор политических наук, Лавальский университет,

К Мэссон – Лавальский университет,

Дж. Мейзел – профессор политический наук, Королевский университет,

Дж. Персон – председатель политической аналитической группы Департамента (министерства) иностранных дел,

Дж.-Л. Пепин – координатор Канадской группы Трехсторонней комиссии, «Интеримко Ltd.»,

С. Райзман – председатель «Райзман и Грантли Ltd.»,

Д. Рикер – президент Канадского фонда «Доннер»,

К. Риан – издатель монреальской «Де-вуа»,

Дж. Стейенсон – профессор политических наук, университет Карлтон,

Д. Томсон – университет МакГил.

 

КОММЕНТАРИЙ:

Ну и, в заключение, список обсуждавших эту канадскую проблематику. Тот еще «контингентик» записных «интеллектуалов», журналистов, бизнесменов, отставных политиков и политиканов!

 

Продолжение следует

Подписывайтесь на наш канал в Telegram или в LiveJournal.
Будьте всегда в курсе главных событий дня.

Комментарии читателей (0):

К этому материалу нет комментариев. Оставьте комментарий первым!
Подписывайтесь на ИА REX
Считаете ли Вы Лукашенко союзником России?
57.5% Нет.
Считаете ли вы Российское государство агрессором в отношении личности или её защитником?
Войти в учетную запись
Войти через соцсеть