В затянувшемся деле инвалида Игнатьева наметился просвет: Ефим Андурский

Оппонент инвалида, претендующий на его жилплощадь, не является членом семьи истца
17 мая 2013  17:43 Отправить по email
Печать

ИА REX публикует статью правозащитника Ефима Андурского о продолжении дела инвалида Игнатьева, на новую жилплощадь которого претендует прописанный в его квартире гражданин

Факт о том, что ответчик в деле Игнатьева, не является членом семьи инвалида, установила судья Кировского районного суда Казани Гульчачак Хамитова, удовлетворив соответствующий иск инвалида Игнатьева. И это существенно меняет сложившуюся ситуацию.

Как уже говорилось, прокуратура обратилась в суд с требованием к исполкому Казани переселить инвалида Игнатьева в благоустроенную квартиру. 13 мая 2013 года свои требования она изменила, среагировав на просьбу К. переселить в благоустроенное жилье и его вместе. Естественно, вместе с несовершеннолетней дочерью.

Посчитав, что переселение инвалида затрагивает жилищные права К. и его дочери, прокурор Кировского района Казани счёл необходимым удовлетворить просьбу К., посчитав «право пользования жилым помещением в муниципальном жилищном фонде и вытекающие из него последствия распространяются на всех лиц, зарегистрированных в указанном жилом помещении».

Прокурор, по-видимому, недостаточно хорошо знает действующее законодательство. В противном случае он понимал бы, что факт регистрации гражданина по адресу того или иного жилого помещения никаких прав или обязанностей в отношении этого помещения у гражданина не образует. Единственное исключение составляет приватизация.

Исполком Казани поддержал прокуратуру, заявив встречный иск к Игнатьеву, К. и его дочери. И, сославшись на то, что барак, в котором расположена спорная двушка, в своё время был признан непригодным для проживания, объявил о своём решении: всем ответчикам предоставить благоустроенное жилое помещение. Одно на троих. Без законной супруги Игнатьева, осуществляющей за мужем — инвалидом I группы постоянный внешний уход.

Исполком потребовал также расторгнуть с ответчиками договор социального найма. Что, по меньшей мере, нелогично. Ведь для того, чтобы расторгнуть договор, его сначала нужно заключить. Однако мои неоднократные требования заключить с Игнатьевым такой договор исполком всякий раз отклонял.

Не помогло и обращение к прокуратуре. И я, кажется, догадываюсь, почему. Да потому, что в договор социального найма с Игнатьевым исполкому пришлось бы вписать К. и его дочь. Но сначала ему пришлось бы признать их нуждающимися в жилье. Что невозможно было сделать, поскольку у К. есть собственное жилье.

Очевидно, что переселяться куда-либо вместе с К. и его дочерью и, тем более, без супруги, Игнатьев не станет. Менее очевидны намерения исполкома. Совершенно непонятно, из чего он исходил, принимая решение — дать инвалиду благоустроенное жилье с подселением чужих людей, не обращая внимания на то, что у него есть законная супруга.

Игнатьев отдаёт себе отчёт в том, что, перенеся «на ногах» уже три инфаркта, съехавшись с К., он получит четвёртый инфаркт, который, на радость К., окажется последним. И тогда его оппоненту уже ничто не помешает жить-поживать да добра наживать. В муниципальной квартире, которая теоретически может ему достаться. На крови инвалида. А свой дом К. продаст. Ну, или продаст предоставленную исполкомом квартиру, предварительно её приватизировав. И, благодаря слаженным действиям суда, прокуратуры и исполкома, получит немалую выгоду. За счёт жителей Казани.

Приняв встречный иск исполкома, рассмотрение дела Игнатьева суд перенёс на 6 июня 2013 года. А 15 июня должно вступить в силу решение судьи Кировского районного суда Хамитовой, удовлетворившей иск Игнатьева. Николай потребовал признать, что К. не является членом его семьи.

На процессе по иску Игнатьева я обратил внимание суда на то, что ст. 69 ЖК РФ содержит исчерпывающий перечень лиц, которых наниматель может поселить в своей квартире. И поскольку К. в этот круг не входит, о чём судья Каминский не мог не знать, К. по идее не имел права препятствовать вселению Гюльнары к своему мужу, инвалиду Игнатьеву.

Судья Хамитова, на которую, напомню, я пожаловался в Квалификационную коллегию судей, довольно долго разбиралась в обстоятельствах дела Игнатьева, которое, на мой взгляд, не стоит и выеденного яйца. Она предвзято, считаю, отнеслась к ходатайствам, заявленным сторонами. И приобщив к материалам дела по ходатайству К. никем не заверенные заявления, характеризующие супругу Игнатьева, отказалась приобщать документ МВД, содержащий информацию о том, что К. с Игнатьевым не проживает.

Учитывая, что безногий истец не имеет возможности попасть в зал судебного заседания, я заявил ходатайство о проведении выездного заседания суда, которое судья Хамитова удовлетворила. А когда она спросила Игнатьева, кем доводится ему К., Николай, доведенный до белого каления издевательствами псевдосына, сказал, что К. ему не сын. Он также подтвердил что К. плюёт ему в лицо. Это беспомощному-то инвалиду! Причём, не фигурально, а в самом прямом смысле!

Учитывая, что, как это следует из акта, составленного УК, К. с Игнатьевым не проживает и, следовательно, общего хозяйства с ним не ведет, что между сторонами сложились крайне неприязненные отношения, судья Хамитова иск Игнатьева всё же удовлетворила.

Для Николая это решение открывает ряд перспектив. Например, через суд, поскольку он уже не доверяет исполкому, вселить в свою квартиру Гюльнару, ранее которой в этом отказал судья Каминский, сославшись на несогласие К. Но теперь К. воспрепятствовать вселению Гюльнары к своему мужу уже не сможет.

Кроме того, Николай сможет обратиться в суд с требованием выселить из своей квартиры К., поскольку тот для него является посторонним человеком. В своё время Николай по просьбе К. дал ему прописку, но не вселял его, поскольку к тому времени уже имел свою семью. Да и в каком качестве Николай мог бы вселить К.?

Крайне важно и то, что отчаявшийся уже было инвалид, которому никто, включая Госсовет Татарии, не помог преодолеть возможный сговор К. с судьей Каминским, наконец-то, увидел свет в конце туннеля.

Что же касается исполкома, намеревавшегося облагодетельствовать инвалида, вселив его в одну квартиру с врагом, то припасённой для этих целей квартирой он может распорядиться по-другому, предоставив её тем, кто в ней действительно нуждается.

А суд по рассмотрению исков прокуратуры к исполкому и исполкома к гражданам, зарегистрированным в квартире Игнатьева, назначенный на 6 июня, придётся откладывать, потому что вступление в силу решения судьи Хамитовой о признании К. не являющимся членом семьи Игнатьева изменит многое...

Интересно, как соседи Николая отреагируют на решение исполкома Казани расселить только одну квартиру в их доме, признанном ветхим, но не аварийным? Похоже, что о непригодности для проживания этого дома исполком вспомнил исключительно ради улучшения жилищных условий К.

Обращаясь ко мне — председателю Общественного совета по вопросам развития городского хозяйства при исполкоме Казани, Игнатьев написал, что К. решил довести его до гробовой доски. Здесь и окрашивание снаружи двери занятой им комнаты, и поломка пандуса, и плевки в лицо... Но теперь уже ясно, что реализовать свой замысел К. и его подельникам не удастся. А это радует. Несмотря на то, что на деле Игнатьева я не заработал ничего, кроме морального удовлетворения. И осознания того, что отечественное, прямо скажем, не идеальное законодательство всё же позволяет добиваться справедливости. Если, конечно, сильно постараться...

правозащитник Ефим Андурский

Подписывайтесь на наш канал в Telegram или в LiveJournal.
Будьте всегда в курсе главных событий дня.

Комментарии читателей (0):

К этому материалу нет комментариев. Оставьте комментарий первым!
Подписывайтесь на ИА REX
Считаете ли Вы Лукашенко союзником России?
57.5% Нет.
Считаете ли вы Российское государство агрессором в отношении личности или её защитником?
Войти в учетную запись
Войти через соцсеть