Вклад Рихарда Зорге в победу в Битве под Москвой. Часть 1

Добыть точную дату японского вторжения на территорию Советского Союза Зорге не удалось, он называл в качестве вероятного варианта срока нападения последнюю неделю августа
16 августа 2019  21:00 Отправить по email
Печать

Не умаляя важности информации резидента советской военной разведки в Японии Рихарда Зорге (оперативные псевдонимы — «Рамзай», «Инсон» и др.) о скором германском нападении на СССР, в то же время следует признать, что главная заслуга его группы состояла в определении политики Японии после начала советско-германской войны.

Рихард Зорге

23 июня 1941 г. Зорге получил приказ из Москвы:

«Сообщите Ваши данные о позиции Японского правительства в связи с войной Германии против Советского Союза. Директор».

Уже через день, 25 июня, советский разведчик докладывает:

«Из разговоров моих и работников с японцами установил:

Для простого народа и интеллигенции выступление Германии против СССР было полной неожиданностью. Они рассказывали, что когда банковские служащие Йокогамы узнали об этом событии, то многие из них говорили: «Пришло такое время, что если призовут в армию, то не будем знать, на кого направлять ружье, ибо непонятно, кто враг, а кто друг».

Эта категория людей ясно понимает, что наступающей стороной является гитлеризм, порвавший договор, как простую бумажку, а отсюда — верить Гитлеру нельзя.

Оценивая взаимоотношения Японии и СССР, простой народ и интеллигенция говорят: Япония не может воевать против СССР, от этой войны она не может получить ничего, следовательно, воевать в пользу Германии могут только дураки. Мы получили экономические выгоды от торговли на основании заключенных договоров. Мы воюем уже четыре года, мы устали, денег нет, все дорого и ничего нет, зарплата уже почти не обеспечивает прожиточного минимума. Это ярко показала йокогамская демонстрация в мае против закрытия порта, где было арестовано 300 чел.

На усиленно развернувшуюся пропаганду немцев, которая заполняет газеты до 75% всех статей, простые люди читают и удивляются: «Как Германия сильна — 2000 самолетов сбила!», верят в написанное. Люди, способные мыслить, говорят: здесь от 50% до 5%.

Немецкая ложь и демагогия проводятся на основе защиты интересов всего мира против коммунизма.

Генералы Араки и Сида с прогнозами современной войны по-детски заявляют, что Германия разобьет СССР в два — три месяца. Соотношение сил строится арифметически, без политического анализа, без анализа запасов стратегического сырья и промышленных мощностей, следовательно, прогнозы звучат неубедительно и наивно, но народ, читая их, верит, что немцы сильнее.

Генерал японской армии Араки Садао

Генерал японской армии Араки Садао

7. Правительство уже три дня совещается и не может принять решения по вопросу своего отношения к войне, есть слухи, что они хотят протянуть недели три и приглядеться к войне, какое она примет направление. В правительстве сейчас идет очень сложная борьба — проангличане и проамериканцы были ярыми противниками СССР, под впечатлением речи Черчилля как будто меняют свои взгляды. Определить позицию правительства сейчас очень трудно. Народ верит, что будет принято решение — в войну не вступать.

Военщина не высказывает своего мнения по этому вопросу.

8. Американцы и англичане рады сложившейся обстановке и заявляют, что «теперь мы с Вами будем сотрудничать по всем вопросам».

9. Немцы нервничают, недовольны неопределенностью позиции правительства. Всеми силами стремятся втянуть Японию в войну. В ход пущены все средства фашистской клеветы и демагогии.

Вывод: Народ всем своим существом не хочет войны и будет бороться против, несмотря на жестокий полицейский режим. Правительству доверять нельзя, оно может пойти на самые неожиданные шаги, даже вопреки здравому учету внутренней обстановки».

Наряду с существованием сторонников удара после прояснения обстановки в германо-советской войне по Советскому Союзу, в японском руководстве присутствовали и политики, считавшие необходимым, не откладывая, двигаться в южном направлении для овладения странами Юго-Восточной Азии, богатыми природными ресурсами, необходимыми для продолжения войны. Зорге сообщал в Москву о развернувшейся в высших эшелонах власти Японии полемике о выборе первоначального продвижения — на север или юг. 28 июня он доносил:

«Решение о движении на Сайгон было принято под давлением радикальных элементов, которые требовали действий, но при условии избежания конфликта с Америкой и, во-вторых, чтобы выиграть время в течение германо-советской войны. Источник Инвест утверждает, что как только Красная Армия получит поражение, Япония выступит на север, но указал, что Япония желает купить Сахалин мирным путем, как случай (два слова искажены)… политики в период советско-германской войны.

Германский посол Отт подтверждал в отношении первой части этого, но Мацуока на вопрос Отта в отношении второй части сказал, что Япония выступит против СССР, как он об этом всегда заверял его. Затем Мацуока сказал послу Отту, что император согласился на движение в Сайгон еще некоторое время тому назад и что это не может быть изменено в данное время. Поэтому Отт понял, им (? — А.К.) Япония не выступит на север сейчас.

Инвест сказал, что прибытие генерала Ямасита (из Берлина — А.К.) будет иметь большое влияние на выступление Японии на юг или север, но само решение о выступлении даже Ямасита изменить уже не сможет. Прибытие Сигэмицу и переговоры в Вашингтоне будут также иметь некоторое влияние на дальнейшие решения.

Американский ответ в отношении сближения прибыл удовлетворительный, но еще не известен, но утверждают, что ответ, в общем, касается Китая, и что Япония получает большое экономическое преимущество в Китае, если она не будет претендовать на южные моря и расторгнет пакт трех держав. Инвест скоро будет иметь более полную информацию».

Тем временем всерьез обеспокоенная возможным нападением Японии на СССР Москва продолжала требовать от своего резидента в Токио сообщать о «решении, принятом японским правительством в отношении нашей страны в связи с войной между СССР и Германией, и немедленно информировать «о случаях перебросок войск (к) нашим границам».

Сообщение из Токио от 30 июня 1941 г.:

«Известняк имел неофициальную встречу 29 июня с подполковником Хаяси (Сабуро — А.К.) — начальником русского бюро 2-го отдела генштаба. Хаяси имел задание от начальника генштаба прощупать нашу позицию в отношении Японии. Начав беседу, сказал: начальник генштаба очень обеспокоен последними перелетами через границу Ваших самолетов в районе Ворошилова, причем, люки дотов были открыты, не означает ли это подготовки войны СССР против Японии? Перелет японского летчика — полковника Аоки — в этот район имел целью проверить, не подготавливается ли здесь угроза против Японии. Все военные в Японии думают, что правительство Японии должно занять нейтралитет по отношению к СССР. Договор с Германией для нас не имеет реальной силы. Мы должны закрепиться в Китае. Мы воюем 5 лет, воевать нам хватит.

В заключение сказал: «Я передам начальнику генштаба, что СССР воевать против Японии не намерен. Перелеты через границу являются результатом беспокойства за соседа, не собирается ли он напасть».

Вывод: Хаяси правильно отразил настроение основной массы офицерства, но есть среди военщины много сторонников того, чтобы ввязаться в войну. Доверять ни в коем случае нельзя, ибо сейчас даже Коноэ (премьер-министр — А.К.) не может сказать, как разовьются события в ближайшее время. Немцы приводят всю систему японского государственного аппарата в лихорадочное состояние. Могут соблазниться обещаниями немцев и объявить нам войну.

Икар» (И.В. Гущенко — резидент, военный атташе СССР в Японии, полковник).

Ёсуко Мацуока и Адольф Гитлер

Ёсуко Мацуока и Адольф Гитлер

Некоторая определенность относительно политики Японии в отношении Советского Союза наступила 2 июля 1941 г. после решений Императорского совещания («Годзэнкайги»). В принятом этим совещанием высшего японского военно-политического руководства в присутствии императора Хирохито совершенно секретном документе «Программа национальной политики империи в соответствии с изменением обстановки», в частности, указывалось: «Если германо-советская война будет развиваться в направлении, благоприятном для нашей империи, мы, прибегнув к вооруженной силе, разрешим северную проблему и обеспечим безопасность северных границ».

Этим решением вооруженное нападение на СССР было утверждено в качестве одной из основных военных и политических целей империи. Приняв это решение, японское руководство, по сути дела, отбросило подписанный лишь два с половиной месяца назад советско-японский пакт о нейтралитете. Выступавший обычно на Императорских совещаниях от имени японского монарха председатель Тайного совета Хара Ёсимити заявил 2 июля при обсуждении политического курса в отношении СССР: «Я полагаю, все из вас согласятся, что война между Германией и Советским Союзом действительно является историческим шансом Японии… Я с нетерпением жду возможности для нанесения удара по Советскому Союзу. Я прошу армию и правительство сделать это как можно скорее. Советский Союз должен быть уничтожен».

Присоединение Японии к войне против СССР еще более усложнило бы военное положение Советского Союза, которое и без того было близким к критическому. Понимая это, Зорге приложил максимальные усилия для получения сведений о ближайших планах Токио. И это ему удалось.

3 июля, на следующий день после Императорского совещания, он сообщил в Москву, что Япония может вступить в войну (против СССР — А.К.) не позднее, чем через 6 недель.

«…Германский военный атташе сказал мне, что японский Генштаб наполнен деятельностью с учетом наступления немцев на большого противника и поражения Красной Армии. Он думает, что Япония вступит в войну не позднее как через 5 недель. Наступление японцев начнется на Владивосток, Хабаровск и Сахалин с высадкой десанта со стороны Сахалина на Советском побережье Приморья. Общее настроение народа против действий Германии и присоединения Японии.

Ваша дипломатическая деятельность должна быть значительно сильнее, чем это делается другой стороной.

Источник Инвест думает, что Япония вступит в войну через 6 недель. Он также сообщил, что японское правительство решило остаться верным пакту трех держав, но будет и придерживаться пакта о нейтралитете с СССР.

Решено послать три дивизии в Сайгон, Индо-Китай. Даже Мацуока голосовал за это, который перед этим был за ориентацию (нападение — А.К.) на СССР.

Источники Итери и Ирако сказали, что слышали в отношении укрепления Восточной границы некоторым количеством войск из Северного Китая, а также усиления войск на Хоккайдо. Возвращенная в Киото дивизия будет направлена на север», — информировал Зорге.

Японские солдаты

Японские солдаты

К сообщениям Зорге в Москве стали относиться в Москве со всей серьезностью. При докладе его донесений высшему советскому руководству стали появляться примечания о высокой степени достоверности информации этого разведчика. На сообщениях из Токио, в которых подтверждалась опасность японского нападения на СССР в августе, разведуправление Генерального штаба Красной армии делало следующее примечание: «Учитывая большие возможности источника и достоверность значительной части его предыдущих сообщений, данные сведения заслуживают доверия».

Требования Мацуоки незамедлительно нанести удар в тыл Советского Союза на востоке противоречили выбранной стратегии «спелой хурмы» — ожидания, когда СССР подобно спелому плоду сам падет к ногам Японии, что потребовало его вывода из кабинета министров. Для этого правительство было распущено и 18 июля 1941 г. создан третий кабинет Коноэ, где пост министра иностранных дел и колоний был отдан Тоёда Тэйдзиро.

По этому поводу Зорге информировал Москву:

«Германский посол Отт послал телеграмму Риббентропу в отношении нового кабинета Коноэ, указывая, что кабинет, безусловно, базируется на Германию. Новым было то, что Мацуока был прогерманец.

Отт высказал, что основная политика не изменилась, но темп вступления в войну очень медленный.

Одновременно Отт выразил полную уверенность, что новый кабинет за вступление в войну. Так или иначе, для Отта теперь имеется значительно больше трудностей в связи с тем, что новый кабинет значительно равнодушней в отношении Германии, чем прежний кабинет с Мацуокой.

ИНСОН».

В тот же день в Центр была направлена еще одна телеграмма из Токио:

«Источник Инвест сказал, что последняя очередь призванных в армию 900.000 чел. Будут готовы к отправке в середине августа месяца, но 500.000 из них будут (искажено)

Первая дивизия уже проследовала через Ниигату и Цуругу. Однако начало войны зависит от позиции американцев и успехов Германии.

ИНСОН».

11 августа, когда подготовка к нападению на СССР по плану «Кантокуэн» достигла апогея, Зорге предупреждал:

«Прошу вас быть особо бдительными, потому что японцы начнут войну без каких-либо объявлений в период между первой и последней неделей августа.

ИНСОН».

Это предупреждение подтверждалось фактами. В тот же день Зорге были отправлены еще несколько шифровок. В них сообщалось:

«Источник Инвест узнал, что в японском генштабе считают район рек Зея — Бурея, как слабый пункт обороны Красной армии. Поэтому в этом направлении может начаться наступление. При всеобщем наступлении удар будет наноситься в направлении Владивостока. ИНСОН».

«Источник Инвест сообщил: По мобилизации в Японии признано (здесь описка — призвано — А.К.) 900.000 человек. Из числа призванных 200.000 предназначены в Квантунскую армию. 350.000 остаются в Японии и 350.000 предназначены в Китай. Решение о призыве последующих 500.000 человек еще не принято. ИНСОН».

Квантунская армия

Квантунская армия

«В течение первых дней войны Германии и СССР японское правительство и генштаб решили подготовить войну, поэтому провели большую мобилизацию. Однако после 6 недель войны руководители Японии, готовящие войну, видят, что наступление германской армии задерживается, и значительная часть войск уничтожена Красной Армией. Позиция Америки становится все более антияпонской. Усиливается экономическая блокада Японии, но японский генштаб совсем не собирается распускать обратно мобилизованных. В генштабе уверены, что в ближайшее время последует окончательное решение, тем более что уже приближается зима. Ближайшие две — три недели окончательно определят решение Японии. Возможно, что генштаб примет решение на выступление без предварительной консультации с правительством.

Германский посол Отт узнал, что под предлогом избежания войны японское министерство иностранных дел потребует от правительства СССР удовлетворения максимальных своих претензий. ИНСОН».

«По данным Инвеста и Интари, большинство войск, посылаемых в Китай, направляется в южную часть, с целью усиления напряженности с Америкой и возможности действий против голландской Индии. Эти сведения нуждаются в проверке. ИНСОН».

Несмотря на то, что группа Зорге работала в буквальном смысле слова «на износ», когда интенсивность радиопередач с большой степенью вероятности могла привести к ее раскрытию, Центр, подгоняемый требованиями высшего руководства страны, не заботясь в должной мере о безопасности разведгруппы, настаивал на большем. На шифровках из Токио появлялись резолюции: «Инсон может и должен давать больше и чаще материала, чем он дает сейчас и более конкретно».

Понять нетерпение и требовательность Центра можно. Ведь речь шла без преувеличения о судьбе страны и народа, ибо опасность для СССР одновременной войны на два отдаленных друг от друга фронта, с одной стороны, и крайняя необходимость дальневосточных и сибирских дивизий на советско-германском фронте — с другой, делали информацию из Токио поистине жизненно важной. Однако, конечно же, Зорге и его товарищи не заслуживали упреков. Именно их информация ложилась на стол И. В. Сталина и других высших руководителей СССР. В значительной степени из сообщений Зорге составлялись разведсводки для Кремля. Так, в спецсообщении Разведывательного управления Генерального штаба Красной Армии от 11 августа 1941 г. № 661 208 «Подготовка Японии к войне против СССР. Оценка немцами нового кабинета Коноэ» советскому политическому руководству и верховному командованию докладывалось:

«По агентурным данным из Токио, заслуживающим доверия, немецкий посол в Японии Отт в своей телеграмме Риббентропу оценивает новый кабинет Коноэ как безусловно ориентирующийся на Германию.

Далее говоря о том, (что) основная политика японского правительства не претерпела никаких изменений, Отт выразил полную уверенность в том, что новый кабинет стоит за вступление Японии в войну против СССР, однако темп вступления в войну, по мнению Отта, крайне медленный.

Посол нацистской Германии в Японии Ойген Отт

Посол нацистской Германии в Японии Ойген Отт

Переброска и сосредоточение японских войск в Маньчжурии.

Поступающие от источников РУ Генштаба сведения подтверждают наличие массовых перебросок японских войск из метрополии в Маньчжурию.

Как уже докладывалось в спецсообщении от 2 августа № 661 132 сс, в маньчжурских и корейских портах в период с 25 июля по 3 августа отмечалась высадка большого количества войск.

Сейчас агентурой установлено, что за указанный период времени (в) портах Фузан, Дайрен, Порт-Артур и Юки высадилось до пяти пехотных дивизий, кав. бригада, два танковых полка, два отдельных арт. полка, зенитный арт. полк и армейский моторизованный понтонный парк.

Эти данные подтверждаются также личным наблюдением работников РУ Генштаба, находящихся в Маньчжурии, и данными радиоразведки.

С 1 по 10 августа установлено прибытие в Маньчжурию новых пяти пех. дивизий, кав. бригады и частей усиления.

Кроме того, отмечается прибытие транспортов с войсками в Дайрен и Порт-Артур. Количество высадившихся войск после 3 августа пока не установлено.

Судя по срокам прибытия новых частей в районы сосредоточения (в) Маньчжурии и Кореи, следует считать, что они относятся к войскам, высадка коих отмечалась в Дайрене и других портах в период с 25 июля по 3 августа.

Выводы:

1. Японское правительство продолжает проводить усиленную подготовку к вступлению в войну против СССР.

Произошедшее за последние 10 дней значительное увеличение количества японских войск против СССР позволяет предполагать, что к середине августа японцы в основном закончат сосредоточение своих войск.

Неясность положения в районе Южных морей и незавершенность войны в Китае не позволяет японцам в начальный период войны развернуть против СССР из имеющихся 72 пех. дивизий более 40 — 45 пех. дивизий.

2. Растянутость сроков сосредоточения и сравнительно небольшой темп перебросок японских войск из метрополии в Маньчжурию, видимо, объясняются желанием японского командования обеспечить скрытность сосредоточения группировки войск против нас».

Продолжая информировать Центр о перебросках японских частей на континент, Зорге внимательно отслеживал изменения в настроениях японского руководства относительно перспектив советско-германской войны. 12 августа он доносил:

«Немцы ежедневно давят на Японию за вступление в войну. Факт, что немцы не захватили Москву к последнему воскресению, как это они обещали высшим японским кругам, понизило энтузиазм японцев.

ИНСОН».

И в этот же день:

«С целью воздействия на Японию, чтобы она выступала, Риббентроп присылает ежедневно телеграммы. По этому поводу имелись разговоры с генералами Доихара и Окамура. Посол Отт думает, что японцы выжидают момента, пока Красная Армия ослабнет, так как без этих условий вступление в войну будет не безопасно, тем более что их ресурсы горючего очень малы.

ИНСОН».

И третья телеграмма, в один и тот же день, 12 августа 1941 года:

«Военный атташе германского посольства в Токио совершил поездку в Корею и Маньчжурию и сказал мне, что шесть дивизий прибыли в Корею для возможного наступления на Владивосток. В Маньчжурию прибыли 4 дивизии. ВАТ (военный атташе — А.К.) точно узнал, что японские силы в Маньчжурии и Корее вместе насчитывают 30 дивизий. Подготовка к операциям закончиться между 20-м числом и концом августа месяца, но ВАТ лично телеграфировал в Берлин, что решение на выступление японцев еще не принято. Если Япония выступит, то первый удар будет нанесен на Владивосток, куда и нацелено большинство японских сил. Против Благовещенска направлены 3 дивизии.

ИНСОН».

С использованием в основном информации Зорге высшее руководство СССР было проинформировано Разведывательным управлением Генерального штаба Красной Армии в спецсообщении от 13 августа 1941 года:

«О предстоящем нападении Японии на Советский Союз.

По агентурным данным из Токио, заслуживающим доверия, во второй половине августа следует ожидать нападения Японии на Советский Союз без объявления войны.

Источник сообщает: «Прошу вас быть тщательно бдительными потому, что японцы начнут войну без каких-либо объявлений в период между первой и последней неделей августа месяца».

Несмотря на отсутствие окончательного решения японского правительства о времени выступления против СССР, источники РУ допускают возможность принятия такого решения Генштабом без предварительной консультации с правительством.

По данным нашего источника, японский Генштаб считает район между реками Зея и Бурея (благовещенского направления) наиболее слабым участком обороны Красной армии. Поэтому военные действия могут начаться наступлением в этом районе. При этом главный удар Японская армия будет наносить в Приморье, в сторону Владивостока.

По данным этого же источника, германскому послу в Японии ОТТ известно, что японское министерство иностранных дел потребует от Советского правительства удовлетворения своих максимальных претензий».

Но Центр продолжал требовать от своего резидента в Токио все больше информации, причем детальной. 13 августа руководитель разведуправления Генштаба Красной Армии направляет Зорге телеграмму такого содержания:

«В Токио т. Инсону (Рамзаю)

Благодарю за последнюю информацию. Прошу Вас информировать меня по следующим вопросам:

Сколько сформировано новых японских дивизий, и какие их номера.

Сколько японских дивизий расположены в Маньчжурии по состоянию на 15 августа и их номера.

Какие японские дивизии переброшены из Китая в Маньчжурию.

Какие дивизии расположены в районе Бейпин — Тяньцзин.

Прошу более точно информировать о дате начала выступления японцев.

Директор».

Добыть точную дату японского вторжения на территорию Советского Союза Зорге не удалось. Но, как отмечалось выше, он называл в качестве вероятного варианта срока нападения последнюю неделю августа. И эти сведения соответствовали разработанному японским Генеральным штабом армии плану войны против СССР — «Кантокуэн» («Особые маневры Квантунской армии»). Зорге почти точно указал срок японского вероломного нападения. Как стало известно после войны, принятие решения о начале войны было запланировано на 10 августа, а начало японского наступления — на 29 августа 1941 года. 

Подписывайтесь на наш канал в Telegram и «Яндекс.Дзен».
Будьте всегда в курсе главных событий дня.

Комментарии читателей (0):

К этому материалу нет комментариев. Оставьте комментарий первым!
Подписывайтесь на ИА REX
Кто, на Ваш взгляд, достоин стать президентом России в 2024 году?
32.8% Путин Владимир
Если бы выборы в Госдуму состоялись в ближайшие выходные, то за какую партию (организацию) Вы бы проголосовали?
Войти в учетную запись
Войти через соцсеть