Белоруссия: Лукашенко, Конституция, Запад и Армения

Лукашенко меняет Конституцию не только для себя
1 июня 2019  01:30 Отправить по email
Печать

Основная причина изменения Конституции Белоруссии – упрочнение той политической системы, которую оставит после себя Александр Лукашенко. Немолодой и не пышущий здоровьем (хотя госагитпроп старается изобразить обратное) бессменный правитель постсоветской республики таким образом решает несколько внутриполитических и внешнеполитических задач. Все они в краткосрочной перспективе связаны с продлением пребывания Лукашенко в президентском кресле.

Глава МИД Белоруссии Владимир Макей на протяжении последних лет активно обсуждал легитимацию «режима Лукашенко», которого ещё несколько лет на Западе называли не иначе, как «последний диктатор Европы», запрещали ему въезд в ЕС и США, грозили международным трибуналом. Минск озаботился усугубляющейся проблемой, начал внешнеполитический «разворот на Запад» и русофобскую политику «белорусизации».

Катализатором выступил украинский кризис, с первых дней которого Лукашенко открыто поддержал необандеровских мятежников и стоящих за ними кукловодов из США и ЕС. Минск решительно отверг план федерализации Украины, поддержал киевскую хунту «по всем направлениям» - вплоть до поставок востребованных на восточном фронте товаров и услуг, официально так и не признал территориальную целостность России после воссоединения Крыма.

Вашингтон направил в Минск своих экспертов, доложивших о полном расположении белорусского правителя к посредническим и иным услугам в обмен на благосклонное отношение Белого дома. В прежние годы, судя по обнародованной дипломатической переписке, администрация Лукашенко в лице Макея предпочитала втихаря ябедничать на Москву. В свете украинского кризиса оказались востребованными услуги специалистов времён «холодной войны», замолвивших словечко за помощников в нелёгком деле сдерживания России.

Брюссель также сменил гнев на милость. Дело дошло до откровенно анекдотичных ситуаций – 29 мая глава Представительства ЕС в Белоруссии Андреа Викторин на встрече с белорусским вице-премьером Александром Турчиным заговорила лозунгами госагитпропа РБ. «Европейский союз приветствует стабильную и процветающую Беларусь» из её уст звучит в унисон памятному предвыборному слогану Лукашенко «За сильную и процветающую Беларусь!».

Такой результат – во многом личная заслуга Владимира Макея, приложившего максимум усилий для разворота официального Минска на Запад с естественным при этом дистанцированием от России. Большая работа проведена настолько искусно, что глава МИД РФ Сергей Лавров по итогам состоявшихся 27 мая в Москве переговоров с главой белорусской дипломатии констатировал не только «прогресс» в реализации подписанного 20 лет назад договора о создании Союзного государства Белоруссии и России, но и подчеркнул: «Наши страны – испытанные временем союзники и стратегические партнеры».

Разумеется, не все разделяют такую оценку, учитывая поведение официального Минска во многих показательных ситуациях - конфликт с Грузией 2008 года, «белорусский продовольственный офшор», репрессии в Белоруссии критиков «белорусизации» и сторонников единения с Россией, усиление военной мощи Азербайджана - конфликтующего с Арменией (членом ОДКБ), уничтожение Турцией российского военного самолёта, голосование на минской сессии ПА ОБСЕ и так далее. Оценки могут быть разные, однако вне зависимости от этого масштаб проделанной работы никем не подвергается сомнению.

На эту тему ранее: Минск желает диверсифицировать отношения с Россией

В марте 2018 года глава МИД Белоруссии в интервью телеканалу «Euronews» констатировал, что за два последних года официальный Минск достиг в отношениях с ЕС гораздо большего, чем за предыдущие 20 лет. Макей напомнил, что в 2016 году большая часть санкций была отменена. Он также прокомментировал анонсированный, а затем дезавуированный Лукашенко референдум по изменению Конституции.

«Сегодня мы задумываемся над возможным изменением Конституции. Ситуация и в Белоруссии, и вокруг нее изменилась. Возникло много новых обстоятельств, условий, вызовов, и мы должны их учитывать», - сказал тогда Макей.

Конкретизируя, он добавил: «Вызовов достаточно, и мы должны их учитывать. Поэтому мы думаем над улучшением некоторых положений Конституции. Эти изменения неизбежно приведут к трансформации законодательства в экономической, избирательной и иных областях».

Эти же доводы спустя год, 31 мая на встрече с руководителями иностранных конституционных судов проговорил Лукашенко. Акцент был сделан на изменившихся за постсоветский период реалиях и заимствовании передового зарубежного опыта – чтобы подсластить пилюлю.

Конституционные изменения в Белоруссии будут проведены комплексно. Владимир Макей неоднократно обсуждал их с еврокомиссаром Йоханнесом Ханом и другими западными политиками. Предметом торга является легитимация Александра Лукашенко в 2020 году и ради этого нынешнее минское руководство готово подарить Брюсселю мораторий на применение смертной казни и некоторые другие «печеньки».

Изменения в Конституцию Белоруссии раньше предполагалось внести через референдум. Теперь же, если верить словам Лукашенко, возможен и другой вариант: «Думаю, что в ближайшее время в Беларуси или появится новая Конституция, или мы пойдем американским путем внесения поправок в существующую Конституцию».

Любопытно, что пресс-служба президента Белоруссии в своём официальном сообщении с состоявшегося 31 мая мероприятия умолчала о возможности пойти «американским путем». Хотя с 2016 года чиновники говорили именно о референдуме.

От референдума до «американского пути»: предыстория вопроса

Инфоповод задал Лукашенко. Выступая 7 октября 2016 года перед «палаточниками», он в конце своей длинной речи, по версии президентской пресс-службы, сказал:

«Возможно, назрело время провести анализ и нашего Основного Закона, я уже как–то об этом говорил, попробуем подойти к этому вопросу с разных сторон, аккуратно, чтобы не сделать хуже. Ряд стран, с которыми мы вместе обрели независимость, уже по нескольку раз меняли Конституцию. Но дело не в этом. Появились новые проблемы, новые вызовы, да и время требует чего–то нового.

Наверное, это не секрет, и начинать надо с главного. Если мы решимся на это, нам надо создать вот эту группу мудрецов — умных людей, юристов, которые проанализируют Основной Закон, и если нужно будет — нужна нам Конституция, — мы одолеем это, мы увидим, что это нужно сегодня на этот вопрос, прежде всего, ответить, мы на это пойдем».

С кем он до этого говорил на тему изменения Конституции – президентская пресс-служба умолчала. Тема референдума наиболее активно муссировалась чиновниками и оппозицией, не вызывая заметного отклика в отученных от политического участия массах. Многими правомерно считалось, что в условиях тирании обсуждение формальных процедур лишено всякого смысла.

Действительно важными представлялись принципиальные изменения политической системы – с ними связывалось улучшение социально-экономической обстановки. Разговоры о референдуме воспринимались как стремление отвлечь внимание обывателя от провалов госуправления и несостоятельности самостийного проекта.

Тем не менее, навязанная тема оставалась на плаву. Выступая 2 апреля 2018 года в Национальном собрании, председатель Центризбиркома Лидия Ермошина сообщила, что на подготовку референдума достаточно 70 дней, а финансирование его будет осуществляться не из бюджета, а из неких добровольных взносов предприятий и физических лиц. Об готовящихся изменениях в Конституцию она не сообщила, отметив лишь, что это компетенция Конституционного суда, а у возглавляемого ею органа техническая функция подготовки.

Незадолго до этого о подготовке референдума в очередной раз высказался Александр Лукашенко. Заслушивая 15 марта 2018 года отчёт Конституционного суда, он обратил внимание на необходимость соответствующих «наработок» данного органа в контексте возможного референдума с тем, чтобы «выдать на-гора новую Конституцию, положить народу на стол». При этом он подчеркнул: «Я сторонник только всенародного референдума».

Затем, 23 марта 2018 года во время визита в Грузию он заявил: «Я недавно говорил о том, что придет время, когда мы должны будем и Конституцию подкорректировать. Может быть, какие-то нормы поменять. Естественно, какие-то функции от Президента передать исполнительным органам власти, правительству, парламенту и тому подобное.

К этому мы и идем. Да, сегодня нет этого времени. Но оно завтра может прийти. И мы должны быть готовы. Поэтому мы будем работать над Основным законом, чтобы это не было какой-то уличной акцией, после которой власти начинают шевелиться. Я это прекрасно понимаю».

С подачи властей активное обсуждение референдума по Конституции продолжалось в узких кругах вплоть до лета 2018 года. К кампании подключились стремящиеся выслужиться перед властями «политологи» из числа вчерашних студентов и обанкротившиеся лидеры русофобских прозападных политических сект.

Они вполне серьёзно обсуждали вопросы, которые Лукашенко может вынести и даже якобы обязательно вынесет на референдум, проводились соревнования гадателей о сроках проведения референдума, расписывались сценарии внешне- и внутриполитических трансформаций после референдума на ближайшие годы и долгосрочную перспективу.

Внезапно, 24 апреля 2018 года Лукашенко заявил, что референдума ждать не стоит – вопреки тому, что заявлял ранее он, Ермошина и Макей. В ходе своего выступления с посланием к белорусскому народу и парламенту Лукашенко он сообщил, что «с народом играть нельзя», иначе может повториться ситуация в Армении, когда премьер-министр страны Серж Саргсян был вынужден под давлением общественных протестов уйти в отставку со своего поста.

Лукашенко подчеркнул, что надо решать другие задачи и «пока он президент», не удастся с помощью поправок в Конституцию «создать фундаменты для наших майданов и майданутых». «Лично я ни о каком референдуме не думал. Нам сейчас не до референдумов», — сообщил тогда Лукашенко.

Читайте подробности: «С народом играть нельзя»: Лукашенко отказался от изменения Конституции

Через день после этого, 26 апреля 2018 года было опубликовано официальное пояснение назначенной Лукашенко главы Центризбиркома, которая заявила: «Президент сказал, что референдума в ближайшее время не будет. И это говорит о многом».

На всякий случай Ермошина сообщила о готовности сделать свою часть работы быстро: «Избирательные участки на референдум могут создаваться не за 60 дней, а намного позже - за 25 (я сначала говорила о сроке в 70 дней). То есть с точки зрения технической и юридической достаточно 40 дней, чтобы подготовить и провести референдум».

После этого заявления тема референдума сошла на нет. Понятно, что инициировать референдум или воспрепятствовать ему, вынести на него или снять какие-либо вопросы может только Лукашенко. Именно от него зависит, будет референдум или не будет, вместе с «парламентскими выборами» или отдельно, будет ли так решаться вопрос передачи власти по наследству или иначе, на фоне конфликта с Кремлём или в ином антураже.

Теперь выяснилось, что бессменный правитель Белоруссии в вопросах изменения Конституции не прочь пойти «американским путем». Как он сходит, с кем и когда – вопросы, относящиеся к его исключительной компетенции. Тем не менее, с учетом того, что это уже третий или четвертый заход к теме конституционной смены, то складывается ощущение, что официальному Минску и хочется, и колется. С одной стороны, можно улучшить отношения с Западом, с другой – потерять как в Армении. Но риск, как известно, дело благородное.

Подписывайтесь на наш канал в Telegram или в LiveJournal.
Будьте всегда в курсе главных событий дня.

Комментарии читателей (0):

К этому материалу нет комментариев. Оставьте комментарий первым!
Подписывайтесь на ИА REX
Считаете ли Вы Лукашенко союзником России?
57.5% Нет.
Считаете ли вы Российское государство агрессором в отношении личности или её защитником?
Войти в учетную запись
Войти через соцсеть