Российская оппозиция - вечный актер второго плана

6 июня 2016  10:50 Отправить по email
Печать

Как мы уже говорили в других своих текстах, своеобразие российского общества, и в том числе российской политики состоит в том, что российское общество возникло из обломков советского и произошло это по историческим меркам совсем недавно. Это обстоятельство определило взаимодействия власти и оппозиции.

Советское общество имело только один институт – государство (власть). Поэтому в современной России все социальные институты порождены властью, находятся в генетической зависимости от нее как дети от родителей. В результате этот ключевой социальный институт в России, как ни какой другой социальный институт не может находиться в равном положении с властью. По этому оппозиция здесь это институт второстепенный, играющей по отношению к власти подчиненную роль.

Кроме того советское прошлое определяет другое восприятие соотношения власти и оппозиции обществом. В советском обществе власть носила сакральный характер. Оппозиция в этом обществе была не одним из общественных институтом, а врагом государства и общества. В современной России власть десакралезована и наша политическая система не просто допускает наличие оппозиции играющей по правилам (парламентской оппозиции), но и требует её. Но общественная психология инертней политики. Общество воспринимает оппозицию не как равно положенный власти институт, а как структуру хоть и приемлемую, но несравнимо менее значимую, чем власть.

Поэтому оппозиция у нас это не актёр периодически меняющейся с властью главной ролью, а актер второго плана, честно играющий свою роль.

Но, и роль оппозиции в современной России велика, и как это не парадоксально звучит, может быть гораздо больше, чем в странах, где оппозиция и власть периодически меняется местами. И тому есть две причины.

Во-первых, в условиях, когда государство ключевой институт  значение политической сферы возрастает. Оппозиция существует в политической сфере и хотя её политический ресурс значительно скромнее, чем у власти, но даже этот ресурс способен повлиять на общество столь зависимое от политики как наше.

Во-вторых, старую (советскую) элиту у нас отменили в одночасье и поэтому социальное место «элита» оказалось свободным. На свободное место набежали все те, кто успел набежать. В результате элита в России начала постсоветского периода эта слаба структурированная группа индивидов. Структура всегда сильнее не структурированной массы. Российские политические партии хоть слабые, но все-таки структуры, и поэтому они обладают большим влиянием на общество, чем может позволить их ограниченный ресурс.

Поскольку политическая оппозиция обладает ресурсом достаточным чтобы оказывать влияние на общество, то она является частью элиты – политической элиты. Эта не равноправная, подчиненная часть элиты.

Лишним доказательством того что политическая оппозиция является у нас частью элиты является привилегированное положение оппозиционных лидеров. Даже если оставить за скобками личные состояния некоторых оппозиционеров, частная бытовая жизнь наших политиков проходит в элитной среде и по законом этой среды.

Но этим особенности нашей политической оппозиции не исчерпываются. В развитых странах политические партии прошли путь от идеологических объединений к партиям интересов, а от них к партиям по защите стабильности и несменяемости элиты.[1] Наши партии попавшие на первый этап когда партии в других странах находились на третьем этапе, несут в себе черты всех трех этапов. С одной стороны у наших партий идеологические различия играют большую роль, чем у западных партий. И это естественно они не успели еще пережить свои идеологии, без которых они не могли бы сформироваться. С другой стороны они взаимодействуют с экономической элитой, иначе у них не было бы средств на политический процесс. Но в силу слабой структурированности российской элиты групповые интересы в ней крайне слабо выражены, а поэтому политические партии у нас не связаны с определенными экономическими группами, а сотрудничают со всеми с кем могут. Но есть и третья сторона: поскольку главным ресурсом наших оппозиционеров является их присутствие в политической системе, то они даже в большей степени чем их западные коллеги борются за сохранение самой системы, то есть являются последовательными и бескомпромиссными союзниками власти.

В результате возникает парадокс: наша оппозиция искренне исповедует различные идеологические системы отличные от идеологии власти в своих целях не чем от этой власти не отличается. Задача у них общая – сохранить нынешнюю элиту.[2]

Между тем если идеологию ещё можно совместить с интересами определенной элитной группы,[3] то лишь консерватизм можно совместить с защитой стабильности системы как таковой. А консерватизм сегодня это идеология власти и оппозиция себе его присвоить не может. В этих условиях приход оппозиции к власти противоречит интересам самой оппозиции – приход к власти потребует реализации идеологических позиций, а это ударит по системе. Так что наша оппозиция не просто союзник власти, она заинтересована в сохранении нынешней власти даже больше чем сама власть.

Но, кажется, либеральная оппозиция бескомпромиссна в своей борьбе с властью, но это только кажется.

Во-первых, во многих областях нашей жизни, в первую очередь в экономике реализуются либеральные подходы. Основы нашего общества частная собственность и крупный капитал это либеральные основы. Власть, защищая стабильность системы, защищает либерализм. Здесь нет причин для конфликта.

Во-вторых, значительная часть либералов вписаны в российскую элиту и комфортно себя в ней чувствуют. Им незачем что-нибудь ниспровергать – они заинтересованы в стабильности системы, более того в случае краха системы они потеряют больше чем приобретут, и не отличаются этим от других наших оппозиционеров.

Бескомпромиссные борцы с режимом это в большинстве своем не люди реализующие либеральную идеологию, а люди желающие вписаться не в российскую элиту а в мировую (западную). Им кажется, борьба с российским государством откроет им туда дверь. Потому что западная элита не довольна российской за ее желание занять более значимое место в мире. И эта часть либералов стала орудием защиты стабильности мировой элиты. Так что в рамках мировой элиты они уже играют туже роль, что и оппозиционеры в России – верных защитников стабильности элиты. Следовательно своим существованием не опровергают наш вывод а подтверждают его на другом уровне.

Выводы: В России, как и во всем мире, власть и оппозиция являются взаимосвязанными дополняющими друг друга политическими институтами. Специфика России состоит в том, что оппозиция у нас не равна власти, а занимает по отношению к власти подчиненное периферийное положение. При этом оппозиция является частью элиты, обладает возможностью влиять на общественные процессы и получает ни малые выгоды от своего положения и дорожит им. И поэтому оппозиция в России, так же как и на западе стоит на позиции защиты интересов элиты и стабильности общественного устройства. Это происходит вопреки идеологическим позициям самой оппозиции, но интересы всегда сильнее идей. Поэтому идеологические различия между властью и оппозицией чисто внешние. В сущности, оппозиция ни чем не отличается от власти –  интересы общие. Особняком стоит часть либералов, но просто их позиция совпадает не с позицией российской элиты, а с позицией элиты западной. Но в демократическом обществе каждый сам выбирает свой путь (себе хозяина).

 


[1]     Об этом мы подробнее говорили в предыдущем тексте.

[2]     Коммунистическое по составу правительство Примакова даже не пыталось что-то изменить в жизни российского общества.

[3]     Те же левые могут защищать интересы промышленности, называя это защитой человека труда, а правые защищать предпринимателя с позиции либеральной идеологи.

Подписывайтесь на наш канал в Telegram или в LiveJournal.
Будьте всегда в курсе главных событий дня.

Комментарии читателей (0):

К этому материалу нет комментариев. Оставьте комментарий первым!
Подписывайтесь на ИА REX
Считаете ли Вы Лукашенко союзником России?
57.5% Нет.
Считаете ли вы Российское государство агрессором в отношении личности или её защитником?
Войти в учетную запись
Войти через соцсеть