Кого «сдерживает» американское ПРО в Румынии?

О некоторых нюансах глобальной стратегии США
15 мая 2016  00:05 Отправить по email
Печать

12 мая в Румынии состоялось официальное открытие базы американской системы противоракетной обороны в Европе, работы по построению которой начались в 2013 году. Она стала одной из первых ключевых опор провозглашенного Б. Обамой в 2010 году «Европейского поэтапного адаптивного подхода» к системе ПРО. Отличительными чертами этого подхода являются как «открытость» системы, позволяющая ей развиваться за счет увеличения элементов ПРО и, таким образом, не имеющая «потолка», так и мобильность элементов перехвата ракет, что обеспечивается морской компонентой системы. Что касается румынской базы, то специалисты сходятся во мнении, что потенциально она может использоваться не как оборонительная, а как наступательная (если, например, применить развернутые пусковые установки для стратегических крылатых ракет типа «Томагавк» или иных).

Несмотря на то что открытие военной базы в Румынии не является «сиюминутным решением», вкупе с политикой США и НАТО в последние месяцы (в частности, опасные сближения с российской военной авиацией, планы по увеличению военного контингента в Прибалтике) оно говорит о трансформации подходов Вашингтона к Москве, которая в силу своего становления активным глобальным игроком воспринимается Западом как угроза его интересам и влиянию. Об этом говорят также планы США значительно увеличить военные расходы на вооружение НАТО в 2017 году – с почти 800 млн долл. до 3,4 млрд долл. [5].

Одностороннее развитие противоракетной обороны дестабилизирует всю систему международной стабильности, особенно в рамках глобального характера данной системы, что полностью соответствует глобальной стратегии США. Еще в 1995 году американские военно-политические круги пришли к выводу, что присутствие США в важных мировых регионах обеспечивает стратегическое превосходство Вашингтона. Впоследствии идея «вывести» национальную систему противоракетной обороны за пределы собственно американских границ приобрела глобальный характер. Сегодня Белый дом и Пентагон работают над формированием архитектуры ПРО в ключевых регионах – Европе, Азиатско-Тихоокеанской зоне и на Ближнем Востоке.

«Разворот на Азию» при Б. Обаме был также отмечен планами Вашингтона передислоцировать до 60 % своих военно-морских сил, в том числе кораблей с элементами противоракетной системы, в данный регион. Ключевым элементом американской системы ПРО в Азии в силу своей маневренности и оснащенности является именно морская составляющая – корабли, оснащенные системой «Иджис». Главной «причиной» необходимости присутствия США в регионе американские политические и военные деятели называют политику КНДР. При этом можно согласиться с главным редактором журнала «Россия в глобальной политике» Ф. Лукьяновым, который отметил, что «откровенно объявить о том, что поворот [политики США в АТР] связан с Китаем, не очень удобно, в этой ситуации северокорейские испытания ракет дают замечательный повод для того, чтобы наращивать там военное присутствие, говоря о том, что это прежде всего для защиты союзников США – Южной Кореи и Японии – от возможной северокорейской агрессии. При этом, по сути, это присутствие, в том числе противоракетное, будет иметь прежде всего китайский потенциал» [3].

Таким же очевидным «предлогом» представляется и объявление Ирана в качестве потенциальной угрозы и, соответственно, причиной для формирования системы ПРО (и в Европе, и на Ближнем Востоке). Во-первых, трата огромных финансовых средств для «защиты Европы» от мифической угрозы ракетной атаки Ирана, не имеющего ни достаточных средств, ни тем более стремления нанести подобный удар, представляется крайне необоснованной и непрагматичной. Во-вторых, «угроза» со стороны Тегерана давно блокируется военными базами США с наземными и морскими средствами на территории союзных Вашингтону Израиля и стран Персидского залива. В этом контексте Соединенные Штаты активно поддерживают (в том числе и значительными финансовыми вливаниями) создание Израилем собственной системы противоракетной обороны «Железный купол». Интерес Вашингтона к данному проекту имеет сугубо практическую основу: сегодня израильская структура ПРО – единственная испытываемая в реальных боевых условиях противоракетная система, что позволяет США учитывать опыт ее функционирования в рамках совершенствования своих систем ПРО в других регионах, а также интегрировать систему Израиля в американскую региональную систему противоракетной обороны. Кроме того, тот факт, что урегулирование иранской ядерной проблемы не повлекло за собой сворачивания или приостановления американской ЕвроПРО, лишний раз доказывает, что целью системы является не Иран. Как отметил секретарь Совета Безопасности России Н. Патрушев, «мы и так знали, что она (система ПРО США) строится в первую очередь против России и Китая, но действия, которые сейчас происходят, это подтверждают» [1].

Таким образом, в качестве ключевой задачи глобальной системы ПРО можно назвать военно-стратегическое сдерживание России и Китая, а также военное присутствие Америки на Ближнем Востоке.

Как известно, российские предложения о создании системы «секторальной ПРО», основанной на взаимной ответственности в вопросе обеспечения безопасности в Евро-Атлантическом регионе, были отвергнуты США, которые аргументировали свой отказ противоречием данных предложений V статье Устава НАТО, не предусматривающей делегирование права на обеспечение стран НАТО третьей, не НАТОвской, стране. Очевидно, что идея о совместной противоракетной обороне всегда являлась утопичной хотя бы в силу отсутствия необходимого доверия и подлинного партнерского характера отношений между Россией и США. И если российская инициатива продемонстрировала готовность Москвы выстраивать отношения с НАТО, основываясь на объективной стратегической взаимозависимости, то отказ НАТО лишь подтвердил нежелание учитывать интересы России.

Угроза национальной безопасности России в контексте глобальной системы ПРО США, а также деструктивное влияние данной системы на существующую архитектуру глобальной стабильности неоднократно подчеркивалась Москвой, в том числе и на концептуальном уровне. Важно отметить, что наибольшие опасения России вызывает размещение американских кораблей, оснащенных системой ПРО, в непосредственной близости от российских границ. В частности, по имеющимся данным, Вашингтон планирует разметить такие корабли на постоянной основе в европейских северных морях, в Адриатическом, Эгейском, Средиземном и Черном морях [2]. Угрозу морской компоненты можно отнести к двум плоскостям – теоретической и практической. Первая состоит в том, что в перспективе размещенные на кораблях системы ПРО противоракеты теоретически способны «накрывать» российские ракеты морского (стартующие из прибрежных акваторий, баллистические ракеты подводных лодок – БПЛА) и наземного (стартующие с военных баз) базирования на активном участке траектории. Практическая плоскость заключается в планах Пентагона разместить систему «Иджис» более чем на 80 военных кораблях, доведя таким образом число ракет-перехватчиков до 2500 единиц [4], что значительно превышает количество российских стратегических носителей, предусмотренных Договором СНВ-3. Не взывая к алармистским настроениям, стоит напомнить, что инфраструктура системы ПРО носит оборонительно-наступательный характер.

Одностороннее развертывание системы противоракетной обороны влияет на наращивание вооружений другой стороной. Хотя Москва неоднократно заявляла, что не станет участвовать в гонке вооружений, в последние годы она существенно нарастила и реформировала свои вооруженные силы. По словам президента В. Путина, планы по перевооружению армии будут корректироваться в соответствии с угрозами. Представляется, что система ЕвроПРО сыграла немаловажную роль, в частности, в решении России «возродить» такой «рудимент холодной войны», как боевой железнодорожный ракетный комплекс (БЖРК). Уникальный БЖРК «Баргузин» – поезд с ракетами, оснащенными системой преодоления ПРО – представляет собой своего рода ответ на новый виток противоречий между Россией и США/НАТО.

Открытие наземной базы системы ПРО в Румынии подтверждает неизменное следование США стратегии сдерживания геополитических противников. Возможно, в этот раз Россия, понимая необходимость противостояния американскому военному расширению, не ограничится лишь риторикой о последующих контрмерах, а предпримет более конкретные шаги военного характера. С одной стороны, это может грозить усилением военно-политической напряженности и вызвать новую волну антироссийской информационной кампании. С другой, это является адекватным, симметричным ответом на милитаризацию Запада (особенно Восточной Европы) в условиях по-прежнему актуальной парадигмы политического реализма, константой которого служит тезис о силе как основе межгосударственных взаимоотношений.

Очевидно, что перманентный характер российско-американских противоречий по вопросу противоракетной системы (в первую очередь в Европе) представляет собой результат не действий России, а противодействий ее политике со стороны США. Одним из шагов по урегулированию данной проблемы мог бы стать, например, отказ Вашингтона от развертывания третьего и четвертого этапов системы ПРО в Европе, наиболее беспокоящих Москву. Однако, учитывая традиционную преемственность в следовании стратегическим задачам Америки, данный шаг видится утопичным вне зависимости от того, кто станет будущим главой Белого дома. Глобалистские амбиции США, в том числе в вопросе формирования глобальной системы ПРО, нацелены на достижение и сохранение военно-политического превосходства США, нивелируя при этом тесную взаимосвязь между наступательными и оборонительными вооружениями и таким образом подрывая международную стратегическую стабильность.

 

[1] Госдеп: США будут разрабатывать систему ПРО, пока у Ирана есть баллистические ракеты. 25 июня 2015 г. URL: http://tass.ru/mezhdunarodnaya-panorama/2072110

[2] Козин В.П. «Иджис» – прямая угроза России. // Национальная оборона. апрель 2012, № 4. URL: http://www.oborona.ru/includes/periodics/maintheme/2012/0416/18358201/detail.shtml

[3] США атакуют со стороны КНДР. 15 февраля 2013. [Электронный ресурс] URL: http://www.gazeta.ru/politics/2013/02/15_a_4968845.shtml

[4] Тебин П. От абсолютного превосходства – к прагматизму. Администрация Барака Обамы и морская мощь Америки // Национальная оборона. Ноябрь, 2011. С. 8. URL: http://www.nationaldefense.ru/includes/periodics/geopolitics/2011/1107/18177622/detail.shtml

[5] U.S. Fortifying Europe’s East to Deter Putin. FEB. 1, 2016. http://www.nytimes.com/2016/02/02/world/europe/us-fortifying-europes-east-to-deter-putin.html?_r=0

Подписывайтесь на наш канал в Telegram или в LiveJournal.
Будьте всегда в курсе главных событий дня.

Комментарии читателей (0):

К этому материалу нет комментариев. Оставьте комментарий первым!
Подписывайтесь на ИА REX
Считаете ли Вы Лукашенко союзником России?
57.5% Нет.
Считаете ли вы Российское государство агрессором в отношении личности или её защитником?
Войти в учетную запись
Войти через соцсеть