Итоги саммита в Анталье: прелюдия к Парижскому провалу?

Ждать осталось недолго
18 ноября 2015  12:20 Отправить по email
Печать

На следующий день после завершения саммита «Группы двадцати» в Анталье российский президент Владимир Путин выступил со статьей, адресованной начинающемуся 18 ноября на Филиппинах саммиту организации Азиатско-Тихоокеанское экономическое сотрудничество (АТЭС).

«Долгое время движущей силой экономического роста в АТР и других регионах мира была торговля. Однако, по мере того как снижался эффект тарифной либерализации, стало очевидно, что нужны дополнительные договоренности, охватывающие услуги, инвестиции, нетарифные барьеры, конкурентную политику и субсидии. Естественно, без сложных переговоров, взаимных компромиссов добиться этого невозможно. Одним из возможных выходов из сложившейся ситуации становится углубление региональной экономической интеграции…», - пишет Путин. Далее в тексте идет перечисление примеров такой интеграции: Евразийский экономический союз, зона свободной торговли с Вьетнамом, российско-китайское партнерство по «Экономическому поясу Шелкового пути». Показательно, что ни одного примера отношений с Западом главой государства приведено не было, хотя с тем же Европейским союзом чего только ни подписывалось, включая присно памятные и хорошо уже забытые «четыре пространства» партнерства.

Подвергая, мягко говоря, сомнению эффективность глобализации, модель которой, несмотря на очевидные провалы, по-прежнему отстаивает Запад, российский лидер относит к негативным глобализационным тенденциям и Транстихоокеанское партнерство, созданное в начале октября в Азиатско-Тихоокеанском регионе (АТР) усилиями США.  

«…Конфиденциальный характер переговоров о создании Транстихоокеанского партнерства вряд ли помогает устойчивому развитию в АТР, - уточняет Путин. - Убеждены, что стратегический путь лежит не только в увеличении числа зон свободной торговли, но и в совместной выработке и внедрении лучших практик либерализации во всех членах АТЭС с учетом позиций и интересов друг друга» (Там же).

«Месседж» в целом понятный. Прежде всего это, разумеется, ясный отказ от недавних предложений госсекретаря США Джона Керри вступить в «Транспасифику», безусловно согласованный с Си Цзиньпином (Китай такое «приглашение» тоже получил). В пользу этого говорит и отсутствие российского президента на саммите АТЭС: свою позицию, отдающую приоритет региональным и двусторонним связям, он зафиксировал, и вряд ли случайно, что и китайские СМИ упоминали о целом ряде двусторонних контактов, которые предстоят в Маниле лидеру Поднебесной. Премьер Дмитрий Медведев, которому на саммите АТЭС предстоит выступление, существенно ограничивается президентской статьей в «люфте»: ранее, например в 2012 году, на конференции «Рио+20», он, случалось, говорил «лишнее». И от себя, и от стоящего за ним клана «системных либералов» - «сислибов». Но самое главное: заявленное в статье Владимиром Путиным – это надо подчеркнуть особо – в значительной мере обнуляет и без того весьма сомнительную «ценность» завершившегося саммита «двадцатки» и принятых на нем документов, уложенных в «прокрустово ложе» глобализма. (Понятно, что подобную оценку автор ограничивает глобально-экономической оценкой итогов саммита, и она не касается остающихся актуальными заявлений о совместной борьбе с ИГИЛ и международным терроризмом в целом).

Поэтому уже понятно, и даже оформлено институционально, в виде упомянутого невхождения России и Китая в «Транспасифику» и встречного зондажа Керри, что процессы пойдут совершенно иначе, чем говорится, например, в коммюнике «Группы двадцати». Ведь по своему содержанию оно неотличимо от такого же брисбенского коммюнике годичной давности; если что и изменилось, то выхолощены остатки любого содержания, динамика отсутствует, и от документа за версту разит болотной бюрократической мертвечиной.

Главное впечатление от саммита в Анталье следующее. Мир стремительно затягивается в водоворот никакого не экономического, и даже не политического, а всеобъемлющего, глобального системного кризиса, а лидеры Запада тем временем, закрывшись от него и засунув голову в песок, продолжают бессмысленное славословие в адрес взятого ими десятилетия назад монетаристско-универсализаторского курса. И как бы в упор не видят его банкротства, очевидного уже всем. Почему? Плана «Б» у них нет, и потому бессодержательная, пустопорожняя болтовня – в интервью, выступлениях и документах – продолжается. Именно она и стала основной приметой саммита, итоговое коммюнике которого не содержит ни одной (!) инновации, даже проблеска свежей, нестандартной мысли, абсолютно ничего нового, кроме заклинаний и мантр о «светлом» «взаимозависимом», глобально-капиталистическом будущем». Единственное, что в Анталье претерпело изменение по сравнению с прошлым годом, - буквально бросающаяся в глаза комплиментарность западных лидеров к Владимиру Путину. Дистанция от демонстративного хамства к подобострастному заискиванию пройдена всего за год, и именно это, как ни что другое, доказывает несамостоятельность этих лидеров и несуверенность представляемых ими государств. Именно поэтому в силе остаются и сделанные тогда выводы, ко многим из которых придется обращаться и сейчас.

Пройдем по пунктам анатолийского коммюнике, коих в нем 27. И увидим, что через весь текст «красной нитью», в различных сочетаниях, унылым речитативом проходит одно и то же, хорошо знакомое либерально-монетаристское:

- «инвестиции - конкуренция – торговля и занятость – макроэкономическая политика»;

- «инвестиции – частный сектор – инфраструктура (финансовая, не подумайте, будто промышленная или транспортная) – малые и средние предприятия».

«Инвестиции и …не ограниченная протекционизмом торговля нужны управляющей глобальными институтами глобальной олигархии только для того, чтобы, прикрываясь “экономическим ростом” и “новыми рабочими местами”, заводить транснациональные монополии на внутренние рынки. И под видом конкуренции как продвигать инвестиции частного и иностранного (олигархического) сектора, так и давить и брать под контроль всю экономику целиком, подчиняя себе не только крупный, но и малый и средний бизнес. И подавляя таким образом всякую конкуренцию, вводить сплошную, глобальную монополию, превращая государства в “резервации аборигенов”, а их богатства - в собственность глобальной олигархии», - сказанное в соответствующем прошлогоднем материале автором этих строк тогда иллюстрировалось ссылками на «концептуальные» документы, в частности, на изданный в России, но изъятый затем из библиотек и продажи, доклад Комиссии по глобальному управлению и сотрудничеству «Наше глобальное соседство» (1995 г.).

Сейчас появились более основательные доказательства, воплощенные уже не в теоретических разработках, а в конкретных подписанных и реализуемых документах, частично внедренных в практику. Речь идет о секретном соглашении TISA («Trade In Services Agreement»), информацию о котором сначала «слил» известный сайт «WikiLeaks», а затем подтвердили аналитики антиглобалистского движения, опубликовавшие доклад с говорящим названием «“Настоящие друзья…” транснациональных корпораций».

Суть вопроса – внедряемая TISA «широкая» концепция услуг, включающая около 150-ти наименований, в том числе такие однозначные сферы ответственности государств, как образование, здравоохранение, ЖКХ, транспорт, связь и т.д. На первом этапе ликвидируются государственные социальные гарантии, а государственный и частный сектора уравниваются как некие «поставщики услуг». На втором и последующих этапах внутренние поставщики этих, так сказать, «услуг» ставятся в один ряд с внешними, то есть с транснациональными корпорациями, а государствам категорически запрещается любая защита национальных интересов и акторов под предлогом «недопустимости протекционизма». Понятно, что с глобальными ТНК внутренние экономические и иные структуры «бодаться» не смогут, что будет означать переход экономик под внешнее управление. Именно на TISA основываются как уже заключенное соглашение о Транстихоокеанском партнерстве, так и ожидаемое Трансатлантическое партнерство.

Участники TISA – 48 стран: 27 членов Евросоюза, а также США и еще 21 государство. Вот их список (С. 7, 30): Австралия, Канада, Чили, Тайвань, Колумбия, Коста-Рика, Гонконг, Исландия, Израиль, Япония, Лихтенштейн, Мексика, Новая Зеландия, Норвегия, Пакистан, Панама, Парагвай, Перу, Южная Корея, Швейцария, Турция. Но это данные по состоянию на сентябрь 2014 года. Если сравнить их с составом участников Транстихоокеанского партнерства, то без труда обнаруживается членство еще как минимум шести участников - Брунея, Сингапура, Вьетнама, Малайзии, Тайваня, Филиппин. Вряд ли они вошли в него, минуя TISA, но поскольку соглашение секретное, не было обнародовано и его расширение. Сочетание в этих списках Сингапура, Тайваня и Гонконга, этой вотчины глобальных британских банков, в которой в прошлом году была предпринята попытка оранжевой революции, возвращает нас к мысли о том, что кому-то на Западе и прежде всего олигархическому клану Ротшильдов очень хочется возвратиться к похороненному во время кризиса 2008-2009 годов «золотому проекту» (подробнее здесь).

Нам, в России, это нужно? Тем более, что наша страна, слава Богу, не входит в TISA, хотя Керри нас туда и зовет («Транспасифика» и TISA – одно и то же). Почему же тогда «сислибы» так торопятся преобразовать государственные обязательства в услуги, о чем автору этих строк приходилось говорить и в СМИ, и даже в публичной, предельно расширенной аудитории?. Только ли потому, что боятся не успеть до вылета из власти?

После этого вступления, помещающего саммит в Анталье в определенный глобальный контекст, можно переходить к его итоговому коммюнике, и уже не требуется подробно объяснять, откуда в нем, например, такие пассажи:

- «Мы твердо привержены нашему намерению обеспечить всеобъемлющий и сильный рост, а также способствовать созданию новых и более качественных рабочих мест» (Ст. 1) – рост – экстенсивная характеристика, которым в глобалистских документах по сути подменяется и ограничивается интенсификация развития: пример «устойчивого развития», которое сводится к концепции «нулевого» промышленного роста, сочетаемого с внедрением «инновационных» технологий. Развивающиеся страны подсаживаются на «иглу» зависимости от таковых. Например, от продукции европейского экопрома и обязательности условий, которыми обставляется его регулярное, опять-таки обязательное, приобретение;

- «В этом году …мы утвердили комплексную повестку дня, в основу которой вошли три основных направления работы – выполнение ранее принятых обязательств, увеличение объема инвестиций как движущей силы роста и обеспечение всеобъемлющего характера наших действий для того, чтобы все смогли ощутить преимущества роста…» (Ст. 2) – опять то же самое: рост – инвестиции – рост. Шаг вправо или влево рассматривается побегом из глобальной «зоны», прыжок на месте – к попытке из нее улететь;

- «В целях достижения уверенного, устойчивого и сбалансированного роста мы продолжим …проводить устойчивую макроэкономическую политику… Мы также рассмотрим структуру наших бюджетных расходов и доходов для того, чтобы …обеспечить инклюзивность и рост» (Ст. 4) – «инклюзивность» здесь синоним «борьбы с протекционизмом». Причем, в интересах внешнего управления со стороны транснациональных корпораций;

- «Мы остаемся приверженными к сокращению глобальных дисбалансов… Мы подтверждаем наши предыдущие обязательства в отношении обменных курсов и будем воздерживаться от всех форм протекционизма» (Ст. 4) – с мантрой «протекционизма» все ясно, а что такое на их «птичьем» языке означает «дисбаланс»? Из Брисбенского плана действий: «Действенная глобальная разбалансировка остается в перспективе нашим основным приоритетом. Для глобального перебалансирования также важно, чтобы внутренние дисбалансы были полностью преодолены… Мы вновь подтверждаем свое твердое намерение быстрее продвигаться в направлении более рыночной системы обменных курсов…. Мы будем воздерживаться от конкурентной девальвации и не будем использовать целевые показатели обменных курсов в конкурентных целях. Мы будем противостоять всем формам протекционизма, поддерживая открытость наших рынков». В коммюнике ни тогда, ни сейчас этого нет – зачем излишне откровенничать на публике? «Анатолийский план действий» в нынешнем итоговом документе упоминается (Ст. 7), но поскольку он пока не опубликован, предположим, что и в нем говорится то же, что и в Брисбенском. Чтобы прояснить, опять вернемся к прошлогоднему материалу: «“Разбалансировка” - это нынешнее состояние суверенитетов, в рамках которых любой Китай или, например, Россия могут заниматься “конкурентной девальвацией” (то есть поддерживать выгодный своим производителям валютный курс), мешая “открытости …олигархических рынков”, которая обеспечивается “более рыночной системой”… “Глобальное перебалансирование” - не что иное, как разрушение “внутренних балансов”, то есть суверенитетов, продавливание “открытости” и монополизация рынков олигархией, которая отныне и будет устанавливать валютные курсы. Разумеется, якобы “рыночным” способом». Уточнения нужны? Кроме того, что именно воспроизводством таких ненавистных глобалистам «дисбалансов» Китай как раз и занялся весной этого года, сразу же получив ряд ощутимых конкурентных преимуществ перед Западом и столкнувшись с его бешеным сопротивлением;

- «Нашей приоритетной задачей является своевременное и эффективное выполнение наших стратегий роста, включающих меры по поддержке спроса и проведение структурных реформ с целью повышения темпов фактического и потенциального роста, создания рабочих мест, содействия инклюзивности роста и снижения неравенства» (Ст. 5) – «структурные реформы» это и есть преобразование обязательств в услуги. «Инклюзивность» - фактор внешнего управления. «Снижение неравенства» - популистская демагогия, призванная внедрить общие критерии, придуманные «заказывающими музыку». Потому-то они так и озабочены «ростом»: увести в сторону от промышленного и технологического развития и навязать собственные «правила игры»;

- «в целях придания энергичного импульса для увеличения объемов инвестиций, в частности при помощи участия частного сектора, мы разрабатываем страновые инвестиционные  стратегии, которые включают конкретные меры и действия, направленные на улучшение инвестиционной среды, стимулирование развития эффективной и качественной инфраструктуры» (Ст. 9) – инвестиции, как видим, предлагается осуществлять только через частный сектор, никаких государственных инвестиций. Ведь они укрепляют связь государств со своей экономикой, а чтобы утвердить единый глобальный порядок, нужно ее размягчать и разрушать. Что касается «инфраструктуры», то повторим: в виду имеется не совершенствование дорожной, уличной, железнодорожной или, скажем, трубопроводной сети, а спекулятивная финансовая «инфраструктура», под которую год назад в Брисбене создали «Глобальный инфраструктурный центр» в Сиднее, который в Ст. 10 анатолийского коммюнике скромно именуется «глобальным инфраструктурным хабом» и тесно увязывается со «структурой корпоративного (!) управления», принятой «двадцаткой» с подачи ОЭСР (Организации экономического сотрудничества и развития, объединившей в 1961 г. «развитые» страны Европы, получившие помощь от США по пресловутому «плану Маршалла»). То есть осуществляемого в интересах не государств и народов, а транснациональных корпораций – открытым текстом это написано!;

- «Инклюзивные глобальные цепочки создания стоимости являются важными движущими силами мировой торговли» (Ст. 11) – без комментариев; обратим внимание только на то, что «цепочки» призваны создавать не продукт и даже не товар, а «стоимость»;

- «В качестве важнейшего шага по решению проблемы “слишком большой, чтобы обанкротиться”, мы закончили формирование глобального международного стандарта по общей способности поглощать убытки глобальными системно значимыми банками» (Ст. 13) – «стоимость» это хорошо, ее надо «создавать», а «убытки» - плохо, их требуется «поглощать». «Слишком большие, чтобы лопнуть» - это, как уже упоминалось недавно, относится к деятельности Совета по финансовой стабильности (СФС или FSB), который связывает «двадцатку» с Базельским клубом при Банке международных расчетов. И был создан в «пожарном» порядке, когда олигархам в канун лондонского саммита «Группы двадцати» весной 2009 года «обломали» планы глобального дефолта;

- «Частный сектор играет важную роль в содействии развитию и искоренению нищеты. Через призыв “Группы двадцати” по инклюзивному бизнесу (то есть к глобальному внедрению соглашения TISA), мы подчеркиваем необходимость в совместной работе всех заинтересованных сторон в целях расширения возможностей для населения с низким уровнем доходов или принятия участия в рыночных отношениях в роли покупателей, поставщиков и потребителей» (Ст. 21) – иногда они проговариваются. Или подлинные планы с головой выдаются примитивностью перевода. Главное, чтобы глобальные «подданные» олигархии «принимали участие в рыночных отношениях» - хоть чучелом, хоть тушкой. Только бы не цеплялись за проклятый «протекционизм» и, будь они трижды неладны, «государственные инвестиции», что поставило бы на олигархических прожектах жирный крест!

Ну и т.д. Видим: весь документ, во-первых настолько занудный, что прочитать его до конца – это нужно себя заставить, на то и расчет, что терпения не хватит; во-вторых, все в нем так или иначе вертится в «квадратуре круга»: инвестиции – частный бизнес – рост – стоимость - корпоративное управление и пр. Долой государства, и да здравствует глобальный бизнес без границ, национальных интересов, исторических амбиций, «протекционизма» и всего общественного, в духе соглашения TISA! Эдакий «глобальный человейник», по Александру Зиновьеву.

К этому еще, по мнению авторов документа, следует приложить «формирование справедливой и современной глобальной международной системы налогообложения», в которую очень требуется вовлечь страны, которые в «двадцатку» не входят (Ст. 15). Как тут не вспомнить уже упомянутый доклад 1995 года «Наше глобальное соседство», который рекомендовал ввести «глобальные налоги» за пользование «глобальным общим достоянием» - обобществленной в пользу олигархии частью мировых ресурсов. Тогда эта повестка, позволяющая брать с России налоги за пользование собственными природными ресурсами, формально не прошла, хотя фактически была внедрена в рамках климатического киотского «лохотрона». Но принуждение стран к юридически обязывающему соглашению по ограничению выбросов парниковых газов, о котором ниже, - разве не инструмент косвенного глобального налогообложения? В данном случае, на примере климатического «процесса», оно ведет к упущенной государствами выгоде. А по большому счету является инструментом деиндустриализации. Ведь если отбросить незаконное, в обход Рио-де-Жанейрской декларации по окружающей среде и развитию (1992 г.), требование Киотского протокола считать выбросы отдельно от поглощающей способности территории и не учитывать баланс того и другого (Ст. 5, п. 2), то Западу придется признать, что внедрение такого баланса констатирует и узаконит российское экологическое донорство. Как минимум, в этой логике наша страна не должна будет обременять свое развитие никакими обязательствами по сокращениям до тех пор, пока выбросы не превысят природное поглощение парниковых газов (чего не будет никогда). Как максимум, ограничивать себя придется всему миру, за исключением, кроме России, еще пяти стран, у которых поглощение превышает выбросы, - Канады, Австралии, Новой Зеландии, Бразилии и Швеции. Ну а формула «супер-максимума» такова: «загрязнители», в первых рядах которых США и Европейский союз, вынуждены будут раскошелиться в пользу России. Это если принимать во внимание принцип «общей, но дифференцированной ответственности», который, чтобы его в расчет не принимать, последовательно, шаг за шагом, документально извращали на протяжении двух с лишним десятилетий:

- «Вследствие своей различной роли в ухудшении состояния глобальной окружающей среды государства несут общую, но различную ответственность», - это из 7-го принципа Рио-де-Жанейрской декларации по окружающей среде и развитию 1992 года;

- «Все Стороны, учитывая свою общую, но дифференцированную ответственность и свои конкретные национальные и региональные приоритеты, цели и условия развития», - эта формулировка взята из Рамочной конвенции ООН об изменении климата (РКИК), Ст. 4. Тоже принятой в 1992 году;

- а вот что записано в анатолийском коммюнике «двадцатки» (не будем о промежуточных стадиях деградации): «Принцип общей, но дифференцированной ответственности и соответствующих возможностей, в свете различных национальных обстоятельств» (Ст. 24). Хорошо, что хоть «обстоятельств», а не «обязательств»!

 

Ясно ведь, что ответственность загрязнителя за результаты своей деятельности в пользу, условно говоря, глобальных освежителей и очистителей окружающей среды, прежде всего России, прописанную в 16-м принципе Декларации Рио, пытаются явочным порядком «замотать» и вычеркнуть если не из исходного документа, то из последующих. Хотят ОБОБЩИТЬ ответственность, разделив на всех, кроме Запада, вместо того, чтобы ее ДИФФЕРЕНЦИРОВАТЬ. Попутно предусмотрительно напоминают, что «РКИК ООН является основным международным межправительственным органом для переговоров по вопросам изменения климата» (Ст. 24). Почему? Потому, что в преддверие стартующей 30 ноября в Париже 21-й Конференции Сторон РКИК необходимо поставить вопрос так, чтобы протащить «лохотрон» в новое соглашение, взамен Киотского протокола. Когда и если эта задача будет решена и разговор, скажем, зайдет о национальных методиках подсчета выбросов, в которые может быть включен крамольный с точки зрения олигархии раздел «Поглощение парниковых выбросов страновыми территориями», сразу же вспомнят о Межправительственной группе экспертов по изменению климата (МГЭИК). И провозгласят «главным органом» уже ее. Политика, понимаешь!

Действительно политика, на самом деле. Опрошенные эксперты в области климата и климатической повестки четко фиксируют отсутствие предопределенности результатов парижской климатической конференции. По каждой рабочей группе, участвующей в разработке окончательного проекта соглашения, имеется набор вариантов, и только от представителей стран будет зависеть, пройдет ли все у олигархов «на-ура», как в случае с принятием РКИК в 1992 году? Или сикось-накось, что имело место в 2009 году в Копенгагене. Впрочем, тогда лоббисты «лохторона» от близости успеха окончательно зарвались и решили, пользуясь преимуществом «своего поля», сыграть «договорняк», вбросив готовые решения для «избранных» в обход всех остальных. Тайное стало явным, и план накрылся «медным тазом». Что будет сейчас?

Посмотрим.

Но пока автор вынужден констатировать, что «лохотронщики», в числе которых весь «цвет» российских правительственных и околоправительственных «сислибов», в очередной раз нагло и беспардонно сговаривается против национальных интересов страны. И проделывают это втихую и за закрытыми дверями. Почему «за закрытыми»? Потому, что объявление об указанном в ссылке мероприятии в Интернете появилось буквально накануне его проведения. И смысл такой скрытности – чтобы не проник кто-нибудь «чужой» и не изложил такую точку зрения на климатический процесс, которая не позволила бы «пилить» доходы с киотского «лохотрона», продавая национальные интересы страны за гранты или преференции иного толка. Ведь наплевать на такое выступление конечно же можно (и будет проделано), но отразить альтернативную точку зрения в итоговых материалах придется, а страсть, как не хотелось бы. Поэтому куда лучше «междусобойчик» - без лишних глаз, с дружным, всеобщим «одобрямсом»!

Еще три чувствительных для России момента из коммюнике анатолийского саммита, в немалой степени, как представляется, повлиявших на тот скептицизм, с которым, судя по упомянутой статье Владимира Путина, итоги саммита «двадцатки» были восприняты в Кремле.

Ст. 17 итогового документа Антальи: «Мы по-прежнему глубоко разочарованы продолжительной задержкой с выполнением реформ квот и структуры управления МВФ, принятых в 2010 году. Реформы 2010 года остаются для нас наиболее важным приоритетом в отношении МВФ, и мы настоятельно призываем США как можно скорее ратифицировать эти реформы». Ну, не анекдот?! Васька слушает, да ест уже как минимум пять лет, а его по-прежнему «увещевают». Кому эта лапша вешается на уши? Российским либералам, которые с заокеанским «Васькой» заодно? Только не «едят», а вполне по-компрадорски «подъедают», «подлизывают» за своим любимым англосаксонским патроном.

В том, что авторы приведенного пассажа очень хорошо осознают его анекдотичность, но она – в их интересах, убеждает следующая часть 17-й статьи. «Мы намерены и в будущем сохранять надежность МВФ как организации, основанной на системе квот… Мы подтверждаем наши договоренности о том, что главы и высшее руководство в международных финансовых институтах должны назначаться через открытый, транспарентный процесс и на основании заслуг…». Ну, у кого же «заслуг» может быть больше, чем у «вашингтонского обкома»? Что вы, в самом деле, разве не знаете?

И потом, «кто же его посадит, если он – памятник»? Из статьи 15-й, к вопросу об иерархии глобальных институтов, как она представляется авторам анатолийского коммюнике: «Мы приветствуем усилия (кого?..) МВФ, ОЭСР (то есть коллективного Запада), ООН, Группы Всемирного банка…». Ну и где ООН «помянута»? В хвосте у МВФ и ОЭСР? Будем дальше это все терпеть, или наступает пора создавать собственные концептуальные институты, о которых год за годом судачат на саммитах БРИКС, но двигаются в этом направлении крайне медленно?..

Понимая тем не менее, что терпение на исходе, особенно у Китая, «глобализаторы» маневрируют, если не сказать виляют, поджимая хвост: «Мы еще раз отмечаем, что состав корзины SDR (Special Draw Rights – специальные права заимствования, электронная валюта МВФ) должен и в дальнейшем отражать роль валют в международной торговле и финансовой системе, и ожидаем завершения анализа метода оценки корзины SDR» (Ст. 17). «Корзина валют» состоит из четырех компонентов – доллара, евро, фунта стерлингов и иены и меняется каждые пять лет; ближайшая коррекция – в декабре 2015 года. Все прошедшие пять лет, пока американский «Васька» «знал, чье мясо ел», шли разговоры о расширении состава «корзины» за счет юаня. «МВФ считает, что юань достиг справедливой стоимости, его больше нельзя считать недооцененным, - отмечается в заявлении фонда по итогам консультации с руководством финансового сектора Китая. - Фонд готов к активному сотрудничеству с китайскими властями в вопросе включения юаня в корзину специальных прав заимствования (СПЗ или SDR). В прошлом недооцененность юаня была фактором сильного дисбаланса, теперь мы считаем, что существенное реальное укрепление валюты за прошедший год позволяет считать ее справедливо оцененной», - выдают Пекину аванс чиновники МВФ. Понятное дело, что на самом деле они насмерть перепуганы девальвацией в начале лета китайской валюты, которая существенно укрепила позиции экспортеров из Поднебесной. Но при этом продолжают юлить: «В целом Китаю следует стремиться к полной либерализации валютного рынка в перспективе двух-трех лет. Включение юаня в корзину СПЗ “не вызывает сомнений и является лишь вопросом времени”, - утверждает МВФ» (Там же).

Хотя «корзина SDR» по сравнению с изменением квот и голосов в МВФ - сущий пустяк, способ завлечь и не пустить из своих «объятий» в самостоятельное плавание, не более того. Но даже этот пример показывает, что игнорирование брисбенского, анатолийского и прочих коммюнике «двадцатки» сразу же оказывает благотворное воздействие на положение того, кто это проделывает, вынуждая «хозяев глобальных правил игры» заходиться в истерике. И, несмотря на это, упрямо вписывать эти «правила» в каждый следующий документ практически без всяких изменений.

Второй из обещанных моментов. «В этом году наша работа поддерживает ключевые направления для обеспечения устойчивого развития…: доступ к энергетическим ресурсам (!), продовольственная безопасность и питание, развитие человеческих ресурсов, качественная инфраструктура, расширение доступа к финансовым услугам и мобилизация внутренних ресурсов» (Ст. 20).

Все понятно? О чьем именно доступе к энергетическим ресурсам идет речь? Что стоит за продовольственной безопасностью? А стоит за ней консолидация производства продовольствия в руках крупнейших транснациональных монополистов, связанных с олигархическими фондами, а также их монополия на семенные банки; за ней – концентрация контроля над продовольственным производством и рынками бывших суверенных стран, которые теперь запросто можно будет удушить «костлявой рукой голода».

Развитие и мобилизация человеческих и внутренних ресурсов – это синоним внешнего управления. Как и доступ к финансовым ресурсам. Африканская тема, которая муссируется в документах ООН, «двадцатки» и других «глобализаторских» институтов, – не что иное, как борьба за влияние в этом будущем крупнейшем мировом центре XXI века с тем же Китаем и другими развивающимися странами. В рамках этой борьбы население Африки пережило не один геноцид, расчленение Судана, анархию в Сомали и Нигерии. А также эпидемию лихорадки Эбола, разразившуюся как раз в тех странах, которые – все без исключения - входит в сферу «особых» интересов Запада, представляя собой объект урегулирования внутренних конфликтов с помощью Комиссии ООН по миростроительству. А одна из них – Либерия – вообще является местом базирования «запасной» государственно-властной инфраструктуры США на случай взрыва Йеллоустоунского супервулкана и преодоления последствий этого извержения. Это так «зачищают поляну» от коренного населения? Ничего удивительного: вполне в колониальном стиле англосаксов.

В сумме составляющие этого пункта анатолийского коммюнике - это еще один «лохотрон», в котором в отличие от киотского, не только пилят бабки и продают национальные интересы, но и рассчитываются за них человеческими жизнями. Десятками и сотнями тысяч жизней.

Третье, самое главное: «Несмотря на положительные прогнозы для ряда ключевых экономик, рост мировой экономики неравномерен и продолжает не соответствовать нашим ожиданиям (ниже, в Ст. 5, говорится, что ожидаемый прогресс достигнут всего на одну треть). Сохраняются риски и неопределенность на финансовых рынках, и геополитические вызовы вызывают все большую озабоченность для всего мира» (Ст. 3).

Совершенно очевидно, что под финансовыми рисками здесь понимается растущая самостоятельность Китая, все более решительно выходящего за рамки контроля, обозначенные решениями «двадцатки». А под геополитическими – «российская угроза», которая заключается в проведении нашей страной независимой, суверенной внешней политики, не согласованной с Вашингтоном. США это очень сильно раздражает, и чем дальше, тем раздражать будет все сильнее. Поэтому «неподдельный энтузиазм» от весьма зыбких и неопределенных «договоренностей» по Сирии оставим «наивным» компрадорам, конъюнктурно, предательски рассчитывающим, что из очередной холодной войны с США и Западом отыщется такой же выход, как и в 1985 году, - «перестроечный», с последующей сдачей национальных интересов и демонтажем страны. Не этот ли «пробный шар» выкатывают московская администрация, президентский Совет по правам человека и некоторые федеральные СМИ, навязчиво спекулирующие на ряде болезненных тем, связанных с очередным раундом борьбы с памятниками и названиями?. Хотят заставить русских вечно каяться, не помышляя о национальном и государственном развитии? Или просто тупо и бездумно копируют украинских бандеровцев?

Но вернемся к саммиту «Группы двадцати». Пресловутый «момент истины» в оценке меры американского недовольства российским и любым иным суверенитетом на этом форуме можно было вычислить по выступлениям генсека ООН Пан Ги Муна, продвигавшего болезненные для США и Запада темы. Наряду с сирийским кризисом и прожектом оказания Ближнему и Среднему Востоку по «плану Маршалла №2», особая озабоченность прозвучала… опять же по климатическим проблемам. И высказана она была в предельно эмоциональной, если не сказать взвинченной форме. Судите сами, читатель. «Представленных странами планов действий по борьбе с изменением климата недостаточно для того, чтобы удержать рост температуры атмосферы в пределах двух градусов», - заявил Пан Ги Мун на рабочем обеде по вопросам развития и изменения климата, который состоялся в рамках анатолийского саммита. Сославшись на «мнение ученых» (отметим, что далеко не однозначное), он подчеркнул, что «более значительное потепление может привести к катастрофическим последствиям для человечества». По словам генсека, «на сегодняшний день 161 страна, на долю которой приходится 93% общего объема выбросов парниковых газов в атмосферу, внесла свои планы действий в области климата - так называемые “определяемые на национальном уровне вклады (INDC)”». Их выполнение позволит удержать рост температуры атмосферы в пределах 3 градусов. «Это значительный прогресс. Но этого недостаточно. Нам нужно сделать гораздо больше и намного быстрее», - отметил Пан Ги Мун и подчеркнул, что “потепление даже на два градуса будет иметь серьезные последствия для продовольственной безопасности, экономической стабильности и международной безопасности… В наибольшей опасности, по его словам, окажутся малые островные государства, которые отчаянно просят мир сдержать рост температуры в пределах 1,5 градусов». Пан Ги Мун напомнил лидерам «двадцатки», что на их долю приходится «более трех четвертей выбросов парникового газа» и указал на «обширные политические и моральные обязательства не только перед собственными гражданами, но и всем миром».

Остается подчеркнуть, что в этом пассаже – вся суть риторической демагогии адептов «климатического процесса», и покидающий свой пост в наступающем году генсек ООН, видимо, хочет отметить свое правление хоть каким-то, пусть и сомнительным, «достижением». Вот и пускается во все тяжкие.

Очевидно также, что «обнадеживающий» фундамент для подобного рода эмоций был создан решениями недавнего Всемирного саммита по «Целям устойчивого развития», который прошел в Нью-Йорке, «на полях» юбилейной сессии Генеральной Ассамблеи ООН, 25-27 сентября. Подчеркнем поэтому, что его итоги, как и коммюнике нынешнего саммита «двадцатки», Владимиром Путиным были перечеркнуты уже на следующий день, в выступлении с трибуны Генеральной Ассамблеи. Как помним, тогда прозвучала российская инициатива «перезагрузить» площадку «климатического процесса», кардинально обновив содержание переговоров и приблизив их к интересам государств-членов ООН, а не транснациональных корпораций и стоящей за ними глобальной олигархии.

И последнее. Буквально на финише анатолийского саммита поступила информации о небывалой активизации французского президента Франсуа Олланда, оказавшегося после варварских терактов в Париже под сильным давлением сразу с двух сторон. Извне, со стороны террористов и их хозяев в западных частных военных компаниях (кто-нибудь сомневается в наличии таких хозяев?), а также изнутри, где позиции правящей партии и ее лидера подтачиваются растущим влиянием оппозиции. Собравшись посетить Вашингтон и Москву, Олланд видимо надеется обсудить в обеих столицах целый ряд вопросов. В том числе под прикрытием темы «борьбы с терроризмом» он конечно же затронет перспективы предстоящей 21-й Конференции Сторон Рамочной конвенции ООН об изменении климата, которая начинается 30 ноября, и принимающей стороной в которой французский президент является. Ему очень не хочется, чтобы Париж-2015 разделил печальную судьбу присно памятного Копенгагена-2009. Но, честно говоря, вероятность именно такого исхода в свете итогов саммита «Группы двадцати» в Анталье становится все более осязаемой.

Посмотрим – ждать осталось недолго.

 

Павленко Владимир Борисович – доктор политических наук, действительный член Академии геополитических проблем.

Подписывайтесь на наш канал в Telegram или в LiveJournal.
Будьте всегда в курсе главных событий дня.

Комментарии читателей (0):

К этому материалу нет комментариев. Оставьте комментарий первым!
Подписывайтесь на ИА REX
Поддерживаете ли Вы отставку правительства Медведева?
77% Да
Вы читали когда-нибудь Конституцию России?
Войти в учетную запись
Войти через соцсеть