США на Ближнем Востоке: бунт на корабле?

Саудовская Аравия и Египет возмущены
Татьяна Тюкаева
28 октября 2013  11:09 Отправить по email
Печать

Демарш Саудовской Аравии в Совете Безопасности ООН, вызванный недовольством Эр-Рияда политикой США в отношении сирийского кризиса, а также затянувшаяся напряженность между Вашингтоном и Каиром по вопросу военно-технического сотрудничества на фоне угроз со стороны египтян диверсифицировать поставки вооружения – были восприняты мировой и арабской прессой как очередное подтверждение снижения роли американцев в регионе, разговоры о чем участились за последний год. Заявления руководства ключевой арабской страны – Египта – и претендующей на региональное лидерство Саудовской Аравии о намерении пересмотреть отношения с Вашингтоном действительно являются важным индикатором происходящих на Ближнем Востоке изменений. И, хотя говорить о провале политики США в регионе не представляется возможным в силу ряда факторов, вполне очевидна смена тона в диалоге со своим традиционным партнером со стороны как Каира, так и Эр-Рияда. Небезынтересным моментом в этой связи является (возможная) трансформация региональной политики со стороны Катара, Ирана и Турции.

Возмущение Саудовской Аравии

На фоне накала страстей в течение нескольких дней августа-сентября с.г. после инцидента с использованием химического оружия под Дамаском казалось, что иностранная интервенция неизбежна, а мировые и арабские СМИ публиковали вариации существовавших планов военной операции Пентагона в Сирии. Отказ США нанести «карательные» военные удары по территории арабской страны, принятие Вашингтоном «плана Лаврова» и последовавшая работа со стороны американского руководства по подготовке мирной конференции по Сирии – имели решающее значение для региональных процессов, причем не только в связи с сирийским кризисом. Кроме того, потепление в отношениях Тегерана и Вашингтона, которое зародило надежду на постепенный отход США от политики давления на Иран в сторону дипломатического решения проблемы иранской ядерной программы и, вероятно, сыграло роль в смене риторики американского руководства касательно возможности участия в «Женеве 2» иранских представителей, по всей видимости, стали для Эр-Рияда последней каплей. В случае, если это потепление приобретет положительную динамику, или хотя бы затянется на год, оно может сказаться на региональных позициях Ирана – традиционного конкурента саудовцев в борьбе за сферы влияния на Ближнем Востоке и, соответственно, негативно отразиться на саудовской безопасности.

Два ключевых события – оставшаяся «безнаказанной» химическая атака, произведенная, якобы, сирийским руководством, и телефонный разговор американского и иранского президентов, запустивший процесс потепления отношений между странами – привели к трансформации риторики саудовского руководства от критики «бездействия США» к заявлениям о планирующемся пересмотре отношений с Вашингтоном и демонстративным отказом, в подтверждение этим планам, от места в Совете Безопасности ООН. Между тем, о каком реальном пересмотре отношений может идти речь, если, по замечанию некоторых отечественных экспертов, США были и остаются основным гарантом саудовской безопасности с учетом зависимости Королевства от американского содействия в военной сфере и поставок вооружений, а также экспорта энергоносителей? Безусловно, Эр-Рияд прикладывает значительные усилия для диверсификации внешних связей по обоим направлениям: так, доля Китая во внешней торговле Саудовской Аравии практически равна доле США, а заметно активизировавшиеся при Олланде контакты с Францией в сфере вооружений позволяют говорить о некоторых успехах политики саудовцев по снижению роли американцев. Однако перевооружение слабой саудовской армии и отказ от американской техники в пользу французской – процесс не простой и тем более едва ли осуществимый даже в долгосрочной перспективе с учетом отсутствия такого желания у элит Королевства, которые фактически «завязаны» на контактах США – экономически или политически. Ввиду этой «завязанности» едва ли вероятен, хотя и более осуществим (за счет Европы и Китая), и курс на ослабление саудовско-американских торгово-экономических связей.

Возмущение Египта

Не сильно отличается в этом плане продолжающаяся напряженность в отношениях Вашингтона с Каиром. «Кризис» возник как результат жесткой критики американским руководством силового разгона забастовок сторонников свергнутого в Египте президента Мурси военными и силами безопасности в египетской столице в августе с.г. и обсуждения намерения сокращения или приостановки военной помощи египтянам в американском Конгрессе. Это подтолкнуло Каир также заявить о намерении пересмотреть свои отношения с США. О готовности восполнить финансовую помощь сразу заявила Саудовская Аравия, поддержавшая военных, пришедших к власти (12 млрд долл помощи Кувейта, ОАЭ и Саудовской Аравии уже выделено Египту). Египетский министр иностранных дел обозначил планы развивать сотрудничество в военно-технической сфере, в частности, с Анкарой,  Абу-Даби, Эр-Риядом и Москвой. В Россию даже прибыла 24 октября делегация египетских политических и культурных деятелей, которые подчеркнули наличие у Египта желания восстановить с россиянами полномасштабное  сотрудничество во всех областях. Демарш саудовцев в Совете Безопасности ООН – демонстративный жест, адресованный Вашингтону – получил одобрение Каира. Кроме того, была озвучена угроза о выходе египтян из Кэмп-Дэвидских соглашений, предусматривающих мир с Израилем в обмен на американскую военно-техническую помощь Египту.

Однако, как и в ситуации с Саудовской Аравией, в военной сфере США для Каира – ключевой партнер и переориентированием с американцев на европейцев, турок или россиян в условиях экономической и политической ослабленности страны египетское руководство едва ли будет заниматься, а перекупка американской военной техники через монархии Залива может носить только временный характер и не заменит масштабной американской помощи. Неубедительным также представляется довод об отказе от обязательств по Кэмп-Дэвидским соглашениям: несмотря на большой потенциал попыток манипулировать американскими заботами о безопасности Израиля на фоне очевидно преобладающих анти-израильских настроений египетской улицы, ни о какой войне в условиях экономического упадка и продолжающейся социо-политической нестабильности не может быть речи. Кроме того, существует информация о существующей координации между египтянами и израильтянами по восстановлению стабильности на Синае. В опровержение громких заявлений о кризисе США и Египта, особенно в военно-технической сфере, необходимо также отметить, что страна продолжает получать американскую финансовую помощь в реализации антитеррористической  деятельности, обеспечении безопасности границ, операциях на Синае, кроме того, не прекращалось финансирование египетских общественных движений и НПО.

Бунт ради бунта?

Очевидно, что позиции США в регионе в целом, и в Египте и Саудовской Аравии – в частности, не представляется возможным серьезно пошатнуть за несколько месяцев по воле лидеров государств. Тем более, что существуют сомнения касательно их намерения сократить участие Вашингтона в региональных процессах: сама формулировка возмущения, в частности, Эр-Рияда – главного сторонника иностранной интервенции в Сирии под руководством американцев – фактически, о «недостаточном участии» США в сирийском кризисе наглядно это демонстрирует. Едва ли Египет и Саудовская Аравия готовы также отказаться от значительной американской помощи (а саудовцы – еще и от американского направления своего нефтеэкспорта), осознавая ее важность. По всей видимости, имеет место использование критики США во внутри- и внешнеполитической риторике руководствами стран для достижения своих целей: в Египте – на фоне поляризации основных политических сил (Братья мусульмане с одной стороны и военные с присоединившимися к ним мубараковцами-либералами и националистами – с другой) и подготовки к новым выборам, в Саудовской Аравии – в свете борьбы за сферы влияния в регионе и повышение собственной роли как лидера арабского и исламского мира, а также не исключено, что ввиду конкуренции кланов внутри королевской семьи, некоторые из которых напрямую «завязаны» на контактах с Вашингтоном.

Вместе с тем, смена тона, особенно со стороны саудовцев, в диалоге с заокеанским партнером свидетельствует об усилении конкуренции между региональными державами за лидерство и некоторой смене их тактики в достижении своей цели. Так, Саудовская Аравия, по всей видимости, сделала ставку на демонстрацию собственной независимости от США – как арабам, так и американцам. По другую сторону баррикад – серьезный соперник саудовцев в регионе – Турция с ее начавшими реализовываться амбициями в военной области и критикой Вашингтона в связи с «бездействием» последнего в Египте и Сирии – пошла, как представляется, похожим путем, хотя и более аккуратно ввиду неоднозначной внутриполитической ситуации и грядущих выборов.

Иную тактику избрали Иран и Катар. Наметившееся потепление в отношениях между Тегераном и Вашингтоном при сохраняющейся высокой степени недоверия друг к другу (что особенно проявилось на октябрьском женевском раунде переговоров по иранской ядерной программе) было инициировано новым иранским руководством и продиктовано, в первую очередь, внутренними причинами. Однако ясно, что, если курс Ирана на снижение иностранного давления приобретет положительную динамику – хотя бы временно, улучшение внутриэкономической ситуации в стране в перспективе позитивно скажется на позициях Исламской Республики на Ближнем Востоке.

Интересной в этой связи представляется политика Катара, еще одного претендента на лидерство в регионе, который, по выражению редактора канала «Аль-Арабия» Абдельрахмана Рашида, действует под лозунгом «посмотри, что делает Саудовская Аравия, и сделай наоборот». Несмотря на выраженную поддержку демарша саудовцев в Совете Безопасности ООН, Доха, похоже, намерена добиваться усиления своих позиций в регионе за счет США. Об этом свидетельствуют, в частности, заявления по вопросу переноса американской военно-морской базы в Заливе из Бахрейна в Катар, поддержка американского посредничества на запущенных в июле с.г. палестино-израильских переговоров и предоставление, по договоренности с США, 150 млн долл в долг ПНА, а также высказанное намерение восстановить дипломатические отношения с официальным Дамаском, что в целом идет в курсе политики Вашингтона по мирному урегулированию сирийского кризиса. В этом свете, вероятно, можно также рассматривать снижение активности боевых групп Хамаса, финансируемого Дохой, в сирийском конфликте, о чем сообщают некоторые источники, и заявление Халеда Машаля о приверженности мирному урегулированию.

Бунт Саудовской Аравии и Египта против США, перебалансировка сил в сирийском конфликте в связи со сменой политики Катара, изменения в отношениях с американцами со стороны Ирана и, менее заметно, - Турции свидетельствуют о попытках смены тактики основных региональных сил в конкуренции за сферы влияния. Критика Вашингтона или поддержка его политики, демонстративный – но не действительный – разлад в отношениях с американцами или курс на потепление, даже формальное, - это способы реализовать свои интересы, возможно, сокращая роль США, но не вытесняя их с Ближнего Востока. Тем более, что это не так уж противоречит и намерениям Белого дома: не противоречит очередному подтверждению идеи о том, что регион является для американцев «зоной жизненно важных интересов» в речи Обамы на заседании Генеральной Ассамблеи ООН в сентябре с.г. некоторое снижение присутствия США здесь с учетом потребностей страны по сокращению расходов, особенно военных. Тем более, что сформировавшаяся система на Большом Ближнем Востоке саморегулируется и самобалансируется за счет естественной конкуренции между региональными силами, что служит, в итоге, интересам США и позволяет в определенной степени сокращать издержки своего участия в происходящих здесь процессах.

Подписывайтесь на наш канал в Telegram и «Яндекс.Дзен».
Будьте всегда в курсе главных событий дня.

Комментарии читателей (0):

К этому материалу нет комментариев. Оставьте комментарий первым!
Подписывайтесь на ИА REX
Цель беспорядков в Грузии:
69.1% Обострение грузино-российских отношений.
Кто, на Ваш взгляд, достоин стать президентом России в 2024 году?
Войти в учетную запись
Войти через соцсеть